О краса моя, ты — роза или рдеешь от вина?
Лик твой молнией сверкает или ты — сама луна?
Отвечай же, чет ты больше — жизнью иль красой красна?
Не владычица ль души ты — той, что болью сражена?
Не в мою ль ты душу, пери, как в сосуд, заключена?
Трепетно идешь, красуясь, и глаза твои хмельны,
Стрелы мечешь, твои щеки жаром роз озарены,
Почему ты так красива — из какой ты стороны?
Роза ты, рейхан иль жемчуг, взятый с донной глубины?
Яхонт, перл или рубин ты, что красою столь ясна?
Светел лик твой благовонный, а уста — как будто мед,
Миндалю подобны очи, а фисташке — нежный рот,
На сверкающих ланитах россыпь родинок цветет,
Перед взором блещут сонмы восхитительных красот, —
Соловей ты или роза, или ты — сама весна?
Блеск ланит твоих — он розой иль жасмином осиян,
Твои родинки — не зерна ль, не из них ли рос рейхан?
Сребротела, сладкоуста, нежен твой прекрасный стан, —
Человечий иль волшебный образ тебе роком дан,
Гурия ли ты, иль райским светом ты озарена?
Роза — лик, нарциссы — очи, словно лепестки — уста,
Гибну я, едва увижу, сколь краса твоя чиста.
Стан твой — древо рая, лик твой — райских яблок красота,
С ликом родинки и кудри столь едины неспроста, —
Шахом чтит тебя Египет иль Индийская страна?
Как рубин, уста багряны, свет чела — как окоем,
С лунным ликом так согласны звезды родинок на нем!
Чернота их — словно угли, — сердце сожжено огнем,
Что ж твой взор так жжет жестоко, словно солнце знойным днем, —
Ты мертвящей иль живящей силою одарена?
Роза без шипов, едва лишь ты пройдешь среди полян,
Всех пленяют лик румяный и самшиту равный стан,
Косы — словно гиацинты, над тобой венец багрян,
На груди цветут две розы, лепестков их отблеск рдян, —
Не трепещущая ль ветка ты, что станом столь стройна?
Завитками вьются кудри — красоты твоей зачин,
Чинно или беспричинно рать сюда направил Чин?
Ты пройдешься — стан трепещет, словно зыбь морских пучин.
Жизнь и душу, честь и веру отдал я не без причин, —
О бутон мой, надо мною не тебе ли власть дана?
Твое слово — словно сахар, рот твой сладостно медвян,
Драгоценный и бесценный сахарный тростник — твой стан.
Ты послушай, что спою я, весь горя от боли ран,
Соловьем пою я, роза, мой предвечный гулистан, —
Обожгли Машраба, роза, не твои ли пламена?