Затихал на ратном поле

Картина ночи перед последним боем под стенами Смоленска и прощальная песнь русского воина

Затихал на ратном поле
Битвы грозный шум,
И смоленски древни стены,
Гордых башен ряд
Приоделись мраком ночи:
Бил полночный час!..
Но к покою не склонялся
Храбрых россов стан:
Не дремали мудры вожди,
Думу думали,
Как в страну свою родную
Не пустить врагов.
А враги, враги пируют,
Позабыв, что Бог
С высоты на них наводит
Свей разящий гром.
Разлились, как шумны волны,
Их полки в полях;
Ярко сталь мечей сверкает,
Страшно медь звучит;
И, вздыхая томно, вторит
Древний русский край.
Громко ржанье чуждых коней,
Чуждых воев клик…
Тьмы врагов, кичась, мечтают
Сдвинуть с места град!..
Затрещал под их стопами
Древних холмов ряд,
И под силой их погнулся
Левый брег Днепра!
Развели они несметны
По горам огни.
Но одни ль огни в их стане?
Села ближние
Запалились их руками, —
Всюду зарев блеск!
И кругом в ночи краснеет
Море огненно…
Загорелась, запылала
Земля русская!
Поднялся пожар высоко —
До небесных звезд,
И с пожаром востекают
Выше звезд мольбы;
Тяжко стонут, воздыхая,
Люди русские.
«Пусть сгорают наши села, —
Говорят в слезах. —
Что нам села? Что нам грады?
Лишь бы край родной
Защитить от лютой доли
В вечном рабстве жить!»
Так гласит народ, а горы
Вторят ратных клик.
И часы проходят ночи:
Близок грозный день!
Показался из-за башен
В дымном облаке
Месяц, весь налитый кровью,
И печальный лик
Углубил в потоке мутном…
И восток небес
Забелел; златой струею
Пролилась заря:
Зарумянились сребристых
Облаков края,
И повеял в поле свежий
Предрассветный ветр,
И огни во стане русском
(Что поставлен был
Вдоль крутой горы Покровской)
Бледно теплятся…
Тут острят, шумя, гусары
Сабли ясные,
И козак — свой длинный дротик;
И пехотный строй
Закрепляет (чтоб не дрогнул)
Троегранный штык…
Гул далеко вторит ржанье
Ретивых коней;
Бьют копытами о землю,
Из ноздрей их дым;
Громко сарпают, и очи
Их огнем горят.
Словно просятся на битву,
Осердясь за то,
Что враги в родных потоках
Водопой мутят!..
Все вещало, что настанет
Скоро день и бой,
И воспел тут воин русский
Песнь Прощальную:

«Друзья мои, товарищи, сподвижники в боях!
Настанет скоро страшный день, и битва загремит!
Застонет дол и темный бор от сечи роковой,
И ясну зорю утренню и солнца лик младой
Затмит, поднявшись тучами, над смертным полем дым!..
Друзья мои, товарищи, сподвижники в боях!
Настанет скоро страшный день, и битва загремит:
Бог знает, кто останется, друзья, из нас живых!
Но сладко, сладко в битве пасть за родину свою!
Не славы алчет русский царь, и начал бой не он:
Враги, враги вломились к нам с цепями и мечом!
Грозят пленить святую Русь и русских покорить!
Ах! нет, того нельзя стерпеть: скорей могила всем!
Как тяжко жить под чуждыми законами врагов!
Не ясно солнце красное тоскующим в плену,
Не видит звезд и месяца раба слезящий взор!
И самый хлеб постыл ему, и соль ему горька!
Нет, братцы, нет, товарищи, не выдайте врагам
Отечества любезного на рабство и позор!
Пречистая Владычица, хранящая сей град!
Подай нам крепость львиную, да постоим в бою,
Да будет грудь усердная сих древних крепче стен!
Друзья мои, товарищи, сподвижники в боях!
Предчувствие унылое ко мне закралось в грудь!
Уже зари вечерния не видеть мне в сей день!
В сей день в кипящей сече я паду на груду тел,
Потускнут и засыплются песком мои глаза:
Не зреть им побеждающих товарищей моих!
Пронзен, о землю грянусь я — но все лицом к врагам;
Ослабнут руки крепкие, и мой холодный труп
Притопчут кони бурные, и ратный прах, сгустясь,
Подернет лик кровавый мой печальной пеленой…
Друзья мои, товарищи, я смерти не боюсь!..
Когда ж умолкнет грозный бой, найдите вы меня:
По ранам на груди моей легко узнать мой труп!
О други, о товарищи, сподвижники мои!
Штыками вы и саблями близ светлых вод Днепра
Изройте, други верные, могилу для меня;
Насыпьте, други храбрые, на ней высокий холм;
На нем скрижаль и новый крест, и напишите так:
»Здесь храбрый русский воин спит, товарищ наш в боях:
Во всех кровавых сечах он в передних был рядах;
Струилась часто кровь из ран, но ран он не слыхал!
Под тучами картечь и пуль наш друг был смел и бодр.
Струей дунайской раны он кровавы омывал;
По Альпам, выше грозных туч, с Суворовым всходил
И на гранитах шведских скал острил драгой булат,
Что вырвал из могучих рук кавказского бойца!
Он зрел брега каспийских вод и видел бурный Бельт,
В далеких был краях — и пал за близкий сердцу край:
За родину, за милую, за русский край святой,
Поставя смело грудь в бою за веру и царя!
Он жил и умер, храбрый друг, как истый славянин».
Так пел: «Мне будет долго здесь и беспробудно спать;
Когда ж утихнет брань в полях и теплая весна
Пригреет землю хладную и мой могильный холм
Оденется цветочками и травкой молодой, —
Тогда придет любезная подруга юных дней,
И с нею дети милые увидят отчий гроб.
»Не плачьте, — скажет матерь им, — не умер ваш отец:
Здесь только прах земной его, а дух на небесах!
Туда пошел он в светлый дом к Небесному Царю
За то, друзья, что верен был царю земному здесь!»
Так, братья, други храбрые, мне сладко умереть
За родину, за милую, за русский край святой!»

Оцените, пожалуйста, это стихотворение.

Средняя оценка / 5. Количество оценок:

Оценок пока нет. Поставьте оценку первым.

Сожалеем, что вы поставили низкую оценку!

Позвольте нам стать лучше!

Расскажите, как нам стать лучше?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *