Стихи Поля Верлена

Играла с кошкою своей
Она, и длился вечер целый
Прелестный в смутностях теней
Бой белой ручки с лапкой белой.

Шалила, — хитрая! — тая
Под кружевом перчаток черных
Ногтей агатовых края,
Как бритва острых и проворных.

И та хитрила с госпожой,
Вбирая коготь свой стальной, —
Но дьявол не терял нимало;

И в будуаре, где, звеня,
Воздушный смех порхал, сверкало
Четыре фосфорных огня.

Перевод: Г. А. Шенгели

Как, здесь, где я живу в усладе,
Забыв тревоги прошлых лет,
Ты вновь, и спереди и сзади,
Прелестный мальчик, Ганимед!

Орел, как будто бы влюбленный,
Тебя схватил среди цветов
И взносит, мощно окрыленный,
К веселой трапезе богов.

Туда, за этих гор вершины,
За этот сумрачный Ревар,
На нас бросая взор орлиный,
А на тебя — взор, полный чар.

О, мальчик мой, останься с нами!
Я так, тебя увидя, рад!
Нас поцелуй, утешь словами,
Ведь ты — ведь ты наш младший брат!

Перевод: В. Я. Брюсова

I

Так! Идеал погиб, а жизнь триумфы правит,
И, диким ржанием пронзая даль насквозь,
Конь победителя там братьев наших давит,
Грызя, — но гибнуть им хоть ярко довелось.

Мы ж, уцелевшие, увы, среди разгрома,
Понуря голову, потупя тусклый взор,
В отчаянье, в крови, в грязи, без сил, без дома,
Глотая стон, влачим бесчестье и позор,

Бредем по воле тьмы, по прихоти дороги,
Бредем, подобные убийцам и ворам;
Нам будущего нет; мы сиры и убоги,
И наш знакомый лес, пылая, светит нам!

Ах! Так как жребий наш решен, так как надежде
Отныне места нет, так как разбиты мы,
И ярость ни к чему не приведет, как прежде,
И так как ненависть бесплодно жжет умы, —

Нам остается лишь, в глубинах ночи черной,
Смешной назвав мечту о благости молитв
Надгробных, — умирать безвестно и покорно,
Как должно тем, кто смят в дыму последних битв.

II

Сиянье слабое трепещет в глуби горней,
И ветер ледяной, внезапно разъярен,
В лесу взъерошив лист, рванул цветы на дерне…
Рассвет! Все возродил холодной лаской он.

Восток из рыжего стал розов. Звезды нежно
Затаяли, лазурь в румянце серебря;
Уже петух поет, страж точный и прилежный,
И жаворонок взмыл пронзительный: заря!

Сверкая, выплыл диск: да, это утро! Братья,
Вот этот пышный блеск и полный счастья мир
Спугнут тяжелый сон, зажавший нас в объятья,
И хищных птиц ночных и тварей мерзких пир.

О, чудо! По сердцам бежит лучистый трепет
И, вдребезги дробя скорлупы наши, в нас
Желанье страстное высокой смерти лепит,
И гордость древнюю, и гнев мятежных рас.

Вперед, вставай! вперед, вперед! вставай! С нас будет
И унижений всех, и сделок, и речей!
В бой, в бой! Ведь наша кровь, что движет нас и нудит,
Дымясь, должна алеть на лезвиях мечей!

III

И побежденные твердят в ночи тюремной:
Они сковали нас, но живы мы еще;
Пускай мы точно скот согнулись подъяремный,
Есть в наших жилах кровь и бьется горячо.

В глазницах быстрые глаза у нас таятся,
Шпионы зоркие; за лбом (ночей не жаль)
Наш мозг работает; а будет нужно драться —
Вольются челюсти и руки станут — сталь.

Глупцы трусливые! Своей ошибке рады!
Но будут каяться! Успеют все постичь:
Они хлестнули нас бичом своей пощады, —
Что ж! пощаженные, отплатим мы за бич!

Они сковали нас. Не для того ль оковы,
Чтоб их пилить в ночи и черепа дробить
У стражи? Коль враги все пировать готовы,
Им будет некогда нас, беглых, изловить!

Вновь битва. Может быть, победа! Мы кроваво
Триумф отпразднуем над этими людьми!
И так как в этот раз восторжествует Право,
То будет «этот раз» последним, черт возьми!

IV

Ведь мертвые (назло преданиям знакомым)
Вполне мертвы, коль меч свершит свой долг вполне:
Не в наши дни скакать таинственным фантомом
Под небом траурным на призрачном коне.

Ведь миф, не более, Роланд с его кобылой.
Тот миф разгадывать — бесплодно: не поймем.
Но если мните вы слукавить над могилой
И нас разжалобить, — то вы ошиблись в том.

Вы все умрете, все, от наших рук, все вместе,
Коль повезет нам, все! Умрете, хныча. Да!
Тут справедливость, тут святая жажда мести,
Тут надобность покой дать миру навсегда.

Земля, что издавна тощала, неустанно
И долго будет пить, и жадно вашу кровь,
Чьи испарения, благоухая пряно,
До туч поднимутся, багря их вновь и вновь.

И псы, и коршуны, оспаривая долю,
Обгложут кости вам от ног до головы,
И посмеемся мы — и посмеемся вволю,
Вам доказав тогда, что мертвые мертвы!

Перевод: Г. А. Шенгели

Под кровлей красною гостиница! отрада
Для всех, кто долго шел по пыли в знойный день:
Гостиница «Восторг»; из ближних деревень
Вино, и мягкий хлеб, и паспорта не надо!

Здесь курят, здесь поют, здесь можно ночевать.
Хозяин — старых дней солдат; но молодая
Хозяйка про любовь болтает, поспевая
Пяток своих ребят поить, кормить, чесать.

Со стен бревенчатых «Малек Адель» и «Маги»
Приветствуют гостей, исполнены отваги,
И в комнате стоит приятный запах щей.

Чу! слышишь мерный шум? то голосом гудящим
Завторил котелок с плиты — часам хрипящим…
В открытое окно глядит простор полей.

Перевод: В. Я. Брюсова