Стихи Сергея Клычкова

Словно друг, сверчок за печью
Тянет разговор,
И глядит по-человечьи
Маятник в упор.

От тревог и неудач уж
Желоба на лбу…
Что ты плачешь, что ты плачешь
На свою судьбу?

От окна ложится тенью
С неба синий свет,
След далекого виденья,
Память прежних лет.

От твоих слез сердце сжалось
И стучит в крови,
Значит, мне еще осталась
Жалость от любви…

Я доволен судьбою земною
И квартирой в четыре угла:
Я живу в ней и вместе со мною
Два веселых, счастливых щегла.

За окном неуемная вьюга
И метелица стелет хвостом.
И ни брата со мной, и ни друга
В обиходе домашнем простом.

Стерегут меня злючие беды
Без конца, без начала, числа…
И целительна эта беседа
Двух друзей моего ремесла.

Сяду я — они сядут на спину
И пойдет разговор-пересвист,
Под который иду я в пустыню —
В снеговой неисписанный лист.

Моя душа дошла до исступленья
У жизни в яростном плену,
И мне не до заливистого пенья
Про соловья и про луну!

Легла покойницей луна за тучу,
Давно умолкнул соловей,
И сам себя пугаю я и жучу
Остатком радости своей…

И сам не знаю я, горит ли это
Любви обугленный пенек,
Иль бродит неприкаянный по свету
Зеленый волчий огонек!..

Ни выдумка веселая, ни шалость,
Ни смех не прозвенит в избе —
Всё отошло и всё смешалось
В глухой и призрачной судьбе…

Так осенью в ночи над волчьим лазом
На ветке хохлится сова,
Пред зимней спячкою едва
Водя одним полуоткрытым глазом…

Льется речка лугом, лесом,
А в лесу волшебный плес,
Словно чаша под навесом
Частых елей и берез.
У лазоревого плеса
Посредине нету дна,
В пене вертятся колеса,
В чаше мельница видна!
Дуб зеленый у порога,
Крыша — словно на весу:
Говорят, что к ней дорога
Потерялася в лесу…
У ворот, как пики, ельник,
От колес по лесу гул!
Сто годов прошло, как мельник
У плотины утонул…
И темно в речной пучине,
И поныне его дочь
Саван шьет, поет в кручине
При лучине в полночь…
В окнах сумрак, паутина
И не видно огонька,
Только слышно,как с плотины
В пене падает река —
Как шумит колючий ельник,
Плачет в ельнике сова,
Как зерно стонувший мельник
Подсыпает в жернова!..
И аукается леший
На диковинном плесу,
Дочку мельникову теша
Звонким посвистом в лесу.

Крикливы и прожорливы вороны,
И по-лесному вежливы дрозды,
И шагу без глубокого поклона
Не сделают грачи у борозды…

Нет ничего красивее оборок
И подвенечных платьев голубей;
Сова сонлива, ястреб быстр и зорок,
Пуглив, как мелкий жулик, воробей…

Имеет признак каждое творенье:
Заливист соловей, и робок чиж…
Откуда же такое удивленье,
С каким ты на меня всегда глядишь?

Я с завистью гляжу, когда с лопатой,
Вскочивши на ноги чуть свет,
Ободранный, худой, лохматый
У дома возится сосед.

Он устали в труде не знает:
То с топором, а то с пилой,
Зато в избе его витает
Дух обогретый и жилой.

Какая это радость! Счастье
Какое в этой хлопотне!
Пускай угрюмое ненастье
Висит дерюгой на плетне,

Пусть вьюга пляшет, как цыганка,
Со свистом обегая кров:
И дров на печь и на лежанку
И сена хватит на коров —

Спокойно можно спать ложиться
С проконопаченным двором! —
Вот мне бы так с пером сдружиться,
Как он сдружился с топором.

Уставши от дневных хлопот,
Как хорошо полой рубашки
Смахнуть трудолюбивый пот,
Подвинуться поближе к чашке…

…Жевать с серьезностью кусок,
Тянуть большою ложкой тюрю,
Спокойно слушая басок
Сбирающейся за ночь бури…

Как хорошо, когда в семье,
Где сын — жених, а дочь — невеста,
Уж не хватает на скамье
Под старою божницей места…

…Тогда, избыв судьбу, как все,
Не в диво встретить смерть под вечер,
Как жницу в молодом овсе
С серпом, закинутым на плечи.

Должно быть, я калека,
Наверно, я урод:
Меня за человека
Не признает народ!

Хотя на месте нос мой
И уши как у всех…
Вот только разве космы
Злой вызывают смех!

Но это ж не причина,
И это не беда,
Что на лице — личина
Усы и борода!..

…Что провели морщины
Тяжелые года!

…И полон я любовью
К рассветному лучу,
Когда висит над новью
Полоска кумачу…

…Но я ведь по-коровьи
На праздник не мычу?!

Я с даром ясной речи,
И чту я наш язык,
Я не блеюн овечий
И не коровий мык!

Скажу я без досады,
Что, доживя свой век
Средь человечья стада,
Умру, как человек!

В жизни всему свои сроки,
Всякому лиху пора…
Две белопёрых сороки
Сядут на тын у двора.

Всё по порядку гадалки
Вспомнят, что сам позабыл,
Что погубить было жалко
И, не губя, погубил…

Словно бродяги без крова,
В окна заглянут года…
Счастье — как пряник медовый!
С солью краюха — беда!

Лень ли за дверь оглянуться,
Палкой воровок спугнуть.
Жалко теперь обмануться.
Трудно теперь обмануть…

Вечер пройдёт и обронит
Щит золотой у ворот…
Кто ж тебя за руку тронет,
Кто же тебя позовёт?

Те же, как веточки, руки,
Те же росинки у глаз.
Только теперь и разлуки
Не посулят ни на час…

Юность — пролёт голубиный!
Сердце — пугливый сурок!
То лишь краснеет рябина
В стрекоте вещих сорок!

Земная светлая моя отрада,
О птица золотая — песнь,
Мне ничего, уж ничего не надо,
Не надо и того, что есть.

Мне лишь бы петь да жить, любя и веря,
Лелея в сердце грусть и дрожь,
Что с птицы облетевшие жар-перья
Ты не поднимешь, не найдёшь.

И что с тоской ты побредёшь к другому
Искать обманчивый удел,
А мне бы лишь на горький след у дома
С полнеба месяц голубел:

Ведь так же будут плыть туманы за ограду,
А яблонные платья цвесть, —
Ах, милый друг, мне ничего не надо,
Не надо и того, что есть.

Милей, милей мне славы
Простор родных полей,
И вешний гул дубравы,
И крики журавлей.

Нет таинства чудесней,
Нет красоты иной,
Как сеять зерна с песней
Над вешней целиной.

Ой, лес мой, луг мой, поле!..
Пусть так всю жизнь и пусть
Не сходят с рук мозоли,
А с тихой песни грусть.

За туманной пеленою,
На реке у края,
Он пасет себе ночное,
На рожке играя.

Он сидит нога на ногу
Да молсет* осоку…
Звезд на небе много-много,
Высоко-высоко.

— Ай-люли! Ай-люли!
Весь в серебряной пыли,
Месяц пал на ковыли!
— Ай-люли! Да ай-люли!

Задремал в осоке леший —
Старичок преклонный…
А в бору пылают клены
От столетней плеши.

А в тумане над лугами
Сбилось стало в кучу,
И бычок бодает тучу
Красными рогами.
______________
* Сосет, гложет (диалект.)