Я осужден! К позорной казни
Меня закон приговорил!
Но я печальный мрак могил
На плахе встречу без боязни,-
Окончу дни мои, как жил.
К чему раскаянье и слезы
Перед бесчувственной толпой,
Когда назначено судьбой
Мне слышать вопли, и угрозы,
И гул проклятий за собой?
Давно душой моей мятежной
Какой-то демон овладел,
И я зловещий мой удел,
Неотразимый, неизбежный,
В дали туманной усмотрел…
Не розы светлого Пафоса,
Не ласки гурий в тишине,
Не искры яхонта в вине,-
Но смерть, секира и колеса
Всегда мне грезились во сне!
Меня постигла дума эта
И ознакомилась со мной,-
Как холод с южною весной
Или фантазия поэта
С унылой северной луной.
Мои утраченные годы
Текли, как бурные ручьи,
Которых мутные струи
Не серебрят, а пенят воды
На лоне илистой земли.
Они рвались, они бежали
К неверной цели без препон;
Но быстрый бег остановлён,
И мне размах холодной стали
Готовит праведный закон.
Взойдет она, взойдет, как прежде,
Заутра ранняя звезда,
Проснется неба красота,-
Но я… я небу и надежде
Скажу: «Простите навсегда!»
Взгляну с улыбкою печальной
На этот мир, на этот дом,
Где я был с счастьем незнаком,
Где я, как факел погребальный,
Горел в безмолвии ночном;
Где, может быть, суровой доле
Я чем-то свыше обречен,
Где я страстями заклеймен,
Где чем-то свыше, поневоле,
Я был на время заключен;
Где я… Но что?.. Толпа народа
Уже кипит на площади…
Я слышу: «Узник, выходи!»
Готов — иду!.. Прости, природа,
Палач, на казнь меня веди!..