Семь тысяч и три километра

Семь тысяч и три километра…
Не услышишь, как мать зовет.
В грозном вое полярного ветра,
В тесноте обступивших невзгод,
Ты дичаешь, звереешь — ты милый,
Ты последний и первый, ты — наш.
Над моей Ленинградской могилой
Равнодушная бродит весна.