Сонъ въ л?тнюю ночь.
Комедія Шекспира.
Переводъ Аполонна Григорьева.
ПОСВЯЩАЕТСЯ
ТИТАНІИ.
(1846 годъ.)
I.
Титанія! пусть в?чно надъ тобой
Подруги-сильфы св?тлые кружатся,
Храня тебя средь суеты дневной,
Когда легко съ толпой душ? см?шаться,
Баюкая въ безмолвный часъ ночной,
Какъ тихимъ сномъ, глаза твои смежатся.
— Зач?мъ не я твой духъ сторожевой?
Есть грезы… Имъ опасно отдаваться,
Ихъ чары сильны обаяньемъ зла,
Тревожными стремленьями куда-то:
Не улетай за ними, сильфъ крылатой,
Сіяй зв?здой, спокойна и св?тла,
Въ начертанномъ кругу невозмутима,
Мучительно, но издали любима!
II.
Титанія! не даромъ страшно мн?:
Ты какъ дитя капризно-прихотлива,
Ты слишкомъ затаенно-молчалива
И, чистый духъ,— ты женщина вполн?.
Передъ тобой покорно, терп?ливо
Душа чужая въ медленномъ огн?
Сгарала годы, мучась въ тишин?…
А ты порой,— безпечно-шаловливо
Шутила этой страстію н?мой,
Измученнаго сердца лучшимъ кладомъ,
Блаженныхъ грезъ посл?днею зарей;
Порою же, глубокимъ, грустнымъ взглядомъ,
Душевнымъ словомъ ты играть могла…
Титанія! Ужели ты лгала?
III.
Титанія! я помню старый садъ
И помню ночь іюньскую. Равниной
Небесною, какъ будто за урядъ
Плыла луна двурогой половиной.
Вы шли вдвоемъ… Онъ былъ безумно радъ
Всему: лун? и п?сн? соловьиной!
Вдругъ господинъ… припомни только: врядъ
Найдется столько головы ослиной
Достойный… Но Титанія была
Титаніей; простая ль шалость д?тства,
Иль прихоть безобразная пришла
На мысли ей,— оселъ ея кокетства
Не миновалъ. А возвратясь домой,
Какъ женщина, въ ту ночь рыдалъ другой.
IV.
Титанія! изъ-за туманной дали
Ты все какъ лучь блестишь въ мечтахъ моихъ,
Обв?яна гармоней печали,
Волшебнымъ ароматомъ дней иныхъ.
Ему съ тобою встр?титься едва-ли;
Покоренъ безнадежно, скорбно-тихъ,
Вел?ній не нарушитъ онъ твоихъ,
О, чистый духъ съ душей изъ кр?пкой стали!
Онъ понялъ все, онъ въ жизнь унесъ съ собой
Сокровище, зав?тную святыню:
Порывъ невольный, взоръ тоски н?мой,
Слезу тайкомъ… Засохшую пустыню
Его души, какъ Божія роса,
Увлажила нав?къ одна слеза
V.
Да, сильны были чары обаянья
И надъ твоей, Титанія, душой,—
Сильн?й судьбы, сильн?й тебя самой!
Какъ часто, противъ воли и желанья,
Ты подчинялась власти роковой!
Когда не въ силахъ вынести изгнанья
Явился онъ, посл?дняго свиданья
Испить всю горечь,— грустный и больной,
Съ проклятіемъ мечтаньямъ и надежд?,
Въ тотъ мирный уголокъ, который прежде
Онъ населялъ, какъ новый Оберонъ,
То мрачными, то св?тлыми духами,
Любимыми души своей мечтами…
Все, все въ теб? прочелъ и понялъ онъ.
VI.
Титанія! не разъ б?жать желала
Ты съ ужасомъ отъ странныхъ т?хъ гостей,
Которыхъ власть чужая призывала
Въ дотол? тихій миръ души твоей:
Отъ новыхъ чувствъ, мечтаній, думъ, идей!
Чтобъ на землю изъ царства идеала
Спуститься, часто игры д?тскихъ дней
Ты съ сильфами другими зат?вала.
А онъ тогда, безмолвенъ и угрюмъ,
Сид?лъ въ углу и думалъ: для чего же
Безсмысленный, несносный этотъ шумъ
Она зат?яла?… безсмысленъ тоже
И для нея онъ: ликъ ея младой
Все такъ же тайной потемненъ тоской.
VII.
Титанія! прости нав?ки. в?рю,
Упорно в?рить я хочу, что ты —
Сліянье прихоти и чистоты,
И знаю: невозвратную потерю
Несетъ онъ въ сердц?; унеслись мечты,
Посл?днія мечты — и рая двери
Нав?къ скитальцу-духу заперты.
Его скорбей я даже не изм?рю
Всей бездны. Но горячею мольбой
Молился онъ, чтобъ св?тлый образъ твой
Сіялъ зв?здой нич?мъ не помраченной,
Чтобъ помыслъ и о немъ въ тиши безсонной
Святыни сердца возмутить не могъ,
Которое другому отдалъ Богъ.
1846 года,
ноябрь.
Д?ЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА.
Тезей, князь а?инскій.
Эгей, отецъ Эрміи.
Лизандръ, Димитрій, влюбленные въ Эрмію.
Филостратъ, церемоніймейстеръ Тезея.
Буравъ, столяръ.
Пила, плотникъ.
Основа, ткачъ.
Дудка, скорнякъ.
Рыло, м?дникъ.
Голодай, портной.
Ипполита, королевна Амазонокъ.
Эрмія, влюбленная въ Лизандра.
Елена, влюбленная въ Димитрія.
Оберонъ, царь эльфовъ.
Титанія, царица эльфовъ.
Пукъ или Ровинъ, добрый товарищъ, духъ.
Душистый горошекъ, Паутинка, Моль, Горчичное зерно, эльфы.
Пирамъ, Тизба, Лунный св?тъ, Ст?на, Левъ, д?йствующія лица въ театральномъ представленіи мастеровыхъ.
Эльфы, свита Тезея и Ипполиты
М?сто д?йствія, А?ины и л?съ близъ А?инъ.
Д?ЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.
СЦЕНА I.
А?ины. Зала во дворц? Тезея.
Входятъ Тезей, Ипполита, Филостратъ и свита.
Тезей. И такъ, прекрасная царевна,— близокъ
Нашъ брачный часъ: четыре дня счастливыхъ
Пройдутъ — и новый м?сяцъ приведутъ.
Но все какъ будто слишкомъ медлитъ старый,
Дразня мои желанія, какъ долго
Зажившаяся мачиха-старуха,—
Насл?дниковъ выводитъ изъ терп?нья.1
Ипполита. Четыре дня въ ночахъ потонутъ быстро,
Четыре ночи въ грезахъ пронесутся.
А тамъ и м?сяцъ, словно лукъ,— на неб?
Серебряной натянутый дугою
Ночь праздника осв?титъ.
Тезей. Филостратъ, ступай,
Зови ты молодежь а?инскую къ забавамъ.
Воздушнаго буди веселья духа,
На похороны отсылай печаль.
На пиршеств? н?тъ м?ста бл?дной гость?!
(Филострата уходитъ.)
Мечемъ тебя я добылъ. Ипполита,2
Любовь твою завоевалъ враждой:
Но свадьбу я на новый ладъ играю —
Съ пирами, съ пышностью и съ шумнымъ торжествомъ.
Входятъ Эгей, Эрмія, Димитрій и Лизандръ.
Эгей. Будь здравъ, нашъ господинъ и князь,3 Тезей!
Тезей. Здорово, добрый мой Эгей, что скажешь?
Эгей. Совс?мъ разстроенъ, съ жалобой пришелъ
Я на свое дитя, на дочь свою,
На Эрмію,— поди сюда Димитрій!
Вотъ, господинъ и князь мой, тотъ, кому
Я обручилъ ее — поди жъ сюда
И ты, Лизандръ!— а вотъ кто, господинъ мой,
Ос?тилъ сердце дочери моей.
Ты, ты, Лизандръ,— ты разные стишонки
Ей посылалъ — залогами любви
Съ моею дочерью вы обм?нялись…
Подъ окнами ея, при лунномъ св?тъ,
П?валъ ты лживыми устами п?сни
Про лживую любовь свою бывало:
Какъ воръ, укралъ пылъ первыхъ впечатл?ній,
Сманилъ ихъ на колечки, на браслетки
Волосяныя,— на конфеты, тряпки,
Цв?ты — все это дрянь и вздоръ, но только —
Какіе это ловкіе послы
Къ сердцамъ неопытнымъ и слабымъ! Ты обманомъ
Похитилъ сердце дочери моей,
И должную родителю покорность
Въ строптивое упрямство обратилъ;
И потому-то, князь и господинъ мой,
Когда сейчасъ же, предъ твоей же св?тлой
Особою,— съ Димитріемъ она
Не обручится — древній нашъ а?инскій
Законъ я призываю зд?сь4: Понеже
Моя она — моя надъ ней и воля!..
Или за этого ей выйдти дворянина,
Иль умереть, согласно съ т?мъ, какъ выше —
Поименованный законъ нашъ древній
На случай сей опред?лилъ буквально5.
Тезей. Что ты отв?тишь, Эрмія? Объ этомъ
Поразсуди, красавица моя.
Теб? отецъ твой богомъ долженъ быть.
Онъ красоты твоей творецъ и для него
Ты тоже, что фигура восковая,
Которая имъ вылита: им?етъ
Онъ право полное — и уничтожить,
И довершить созданіе свое.
Димитрій же притомъ отличный малый!
Эрмія. Лизандръ не хуже кажется его.
Тезей. Самъ по себ? не хуже: это — точно!
Но въ настоящемъ случа?, ему
Недостаетъ отцовскаго согласья.
Поэтому, и долженъ перев?съ
Им?ть другой, не онъ.
Эрмія. О, еслибъ только
Отецъ моими погляд?лъ глазами!
Тезей. Скор?й же сл?дъ — твоимъ глазамъ гляд?ть
Его благоразумнымъ взоромъ.
Эрмія. У вашей св?тлости прощенія прошу я…
Не знаю, что за сила см?лость мн? даетъ
И какъ д?вичья скромность позволяетъ
Въ присутствіи такихъ особъ мн? р?чь держатъ —
Но, умоляю вашу св?тлость, мн?
Сказать все худшее, что можетъ быть со мною,
Коль за Димитрія не соглашусь идти?
Тезей. Иль смертью умереть, или отречься
Должна ты навсегда отъ общества людей;
Изм?рь же Эрмія свои желанья
И молодую кровь свою спроси:
Ты въ силахъ ли, отца отвергнувъ выборъ,
Покровъ отшельницы над?ть,
Въ обитель мрачную нав?ки запереться
И ц?ломудренной сестрою в?къ прожить,
Прив?тствуя однообразнымъ гимномъ
Безчувственную, хладную луну?
Блаженны трижды т?, кто, крови пылъ смиривши,
Путь д?вственный достойно совершили:
Но сорванная роза, по земному
Понятію,— счастлив?е, ч?мъ та,
Которая на д?вственномъ шипк?
Печально увядаетъ:— возрастая,
Живя и умирая одинокой.
Эрмія. Такъ я хочу рости, такъ жить, такъ умереть!
Все лучше, ч?мъ отдать д?вичью волю
Подъ власть того, о, государь!
Чье иго нежеланное признать
Душа противится владычествомъ верховнымъ.
Тезей. А все-таки возьми ты срокъ подумать!
Настанетъ скоро новолунье (день
Соединенья моего съ нев?стой
На в?ков?чный счастливый союзъ):
Въ сей самый день готовься умереть
За непокорность отчей вол?,
Иль выйдти за Димитрія, какъ хочетъ
Родитель твой, иль дать нав?къ об?тъ,
Нерушимый об?тъ у алтаря Діаны
Въ суровомъ долг? д?вственности в?чной.
Димитрій. Смягчися, Эрмія!— а вы, Лизандръ,
Претензіями шаткими своими
Моимъ нравамъ пожертвуйте безспорнымъ!
Лизандръ. Любовь отца при васъ: при мн? — ея любовь!
Такъ вы на немъ женились бы, Димитрій!
Эгей. Ну, да, наглецъ! При немъ моя любовь.
Все, что мое — отдастъ она ему:
А дочь — моя: права свои надъ мои,
Какъ собственность, Димитрію отдамъ я.
Лизандръ. Я, господинъ мой, знатенъ также родомъ,
Богатъ какъ онъ же, а люблю сильн?е!
Имущество мое равно съ его
Имуществомъ — а чуть ли и не больше:
И, что важн?й вс?хъ этихъ благъ ничтожныхъ,—
Я Эрміей прекрасною любимъ.
Такъ почему жь отъ правъ я откажуся?
Димитрій — я въ глаза ему скажу —
Ухаживалъ не мало за Еленой,
За дочерью Недара и усп?лъ
Пл?нить ей сердце — и съ ума сошла,
Совс?мъ съ ума сошла по немъ б?дняжка:
До съумасшествія боготворитъ она
Изм?нника — а онъ надъ ней см?ется.
Тезей. Признаться, самъ объ этомъ слышалъ я
И говорить давно съ Димитріемъ сбирался;
Да занятъ былъ своими хлопотами —
И все не удавалось. Но пойдемъ, Димитрій,
И ты Эгей — вы оба: н?что вамъ
Им?ю сообщить я въ тайн?. Ты же
Р?шайся, Эрмія, свои капризы
Родительскимъ желаньямъ подчинить.
А иначе грозитъ законъ а?инскій,
(Котораго смягчить не властны мы)
Об?томъ одиночества иль смертью.
Идемъ же, Ипполита. Что съ тобою,
Любовь моя? Димитрій и Эгей
Идите съ нами: нужно будетъ вамъ
Дать порученій н?сколько, на счетъ
Устройства нашихъ свадебныхъ пировъ.
Да слова два сказать вамъ и о томъ,
Что собственно относится до васъ.
Эгей. Идемъ, согласно съ долгомъ и желаньемъ.
(Уходять Тезей, Ипполита, Эгей, Димитрій и свита.)
Лизандръ. Ну, что жь, любовь моя? что побл?дн?ли
Ланиты? отъ чего на нихъ такъ быстро
Поблекли розы?
Эрмія. Отъ того должно быть,
Что н?тъ дождя: но зам?нить могу я
Его для нихъ очей потокомъ бурнымъ.
Лизандръ. Увы, б?да мн?! читывалъ не разъ я,
Не разъ слыхалъ въ исторіяхъ и сказкахъ,
Что не течетъ потокъ любви равно;6
А, или тутъ по крови неравенство…
Эрмія. О, горе тяжкое — неровню полюбить!
Лизандръ. Или въ л?тахъ различіе большое…
Эрмія. О, ужасъ! старость съ юностью сковать!..
Лизандръ. Или отъ выбора людскаго, наша
Зависитъ страсть…
Эрмія. О, мука! выбирать
Свою любовь глазами не своими.
Лизандръ. А если есть сочувствіе въ избраньи,
Война тутъ, смерть, бол?знь начнутъ осаду
И сд?лаютъ любовь мгновенною какъ звукъ,
Летучею какъ т?нь, обманчивой какъ сонъ,
И быстролетною какъ молнія, что въ ночь
Глухую разс?четъ однимъ извивомъ небо
И землю,— и едва лишь челов?къ
Ее увид?ть только могъ; — взгляни:
Ее пожрала пасть бездонной тьмы:
Такъ быстро въ хаос? все св?тлое темн?етъ!
Эрмія. Ужь если завсегда терп?ли горе
Вс? в?рные любовники, то в?рно
Таковъ законъ судьбины непреложный!
И мы потерпимъ тоже безъ роптанья.
Знать, горе то обычное, съ любовью
Не разд?лимое, какъ думы, сны и вздохи,
Желанія и слезы — спутники мечты.7.
Лизандръ. Да, это точно такъ… А потому8, послушай:
Есть тетка у меня, вдова-старушка,
Безд?тная, съ доходами большими,
Верстъ за двадцать9 отсюда домъ ея.
Я ей какъ сынъ единственный любимъ.
Тамъ, милая моя, мы обв?нчаться можемъ,
Жестокій тамъ законъ а?инскій насъ
Ужь не настигнетъ. Ежели взаправду
Меня ты любишь, такъ уйди украдкой
Изъ дома отчаго ты завтра ночью;
И въ томъ л?су за городской чертою,
Тамъ, гд? однажды встр?тилъ я тебя
Съ Еленою, когда вы майскимъ утромъ
Весенніе обряды совершали,10
Тамъ буду ждать тебя.
Эрмія. О, милый! я клянуся
И лукомъ купидоновымъ тугимъ
И лучшей золотой его стр?лою;
Клянуся чистотой Венеры голубей,
Клянуся вс?мъ, что единитъ людей;
Огнемъ, который жизнь царицы Кар?агена
Прес?къ, когда расторгнувъ узы пл?на,
Троянецъ лживый паруса поднялъ,
И вс?ми клятвами, которыхъ нарушалъ
Гораздо бол?е, когда бы счесть изм?ны
Мужчины,— ч?мъ языкъ ихъ женскій насказалъ:
Въ которомъ м?ст? мн? назначено тобою,
Тамъ завтра буду ждать тебя ночной порою.
Лизандръ. Сдержи же слово честно, милый другъ!
Но посмотри: сюда идетъ Елена.
Входитъ Елена.
Эрмія. Прив?тъ мой Елен? прекрасной! Куда такъ сп?шите?
Елена. Кто это — я-то прекрасна? прив?тъ вы къ себ? обратите.
Вашей красою Димитрій пл?ненъ: вотъ краса — такъ краса!
Зв?зды полярныя — ваши глаза,
И слаще вашъ голосъ звучитъ, ч?мъ вечерней зарей
Пастуху п?сня птички звучитъ полевой,
Когда рожь на поляхъ зелен?етъ,
Когда все и цв?тетъ и ал?етъ.
Зараза прилипчива — но для чего же
И красота не прилипчива тоже?
Заразилась бы я вами вся съ этихъ поръ,
Вашимъ голосомъ слухъ, вашимъ взоромъ мой взоръ
И языкъ мой мелодіей сладкой, на вашу похожей!
Отдавайте міръ ц?лый мн? : — Если Димитрія н?тъ,—
Лишь его мн?, его… за него уступлю ц?лый св?тъ…
Научите жь меня какъ гляд?ть, вести р?чь,
Ч?мъ вы сердце его такъ ум?ли привлечь?
Эрмія. На него я все хмурюсь, а онъ все ко мн?.
Елена. Кабы такъ улыбаться, какъ вы хмуритесь, мн?!
Эрмія. Пристаетъ онъ съ любовью, какъ я ни грублю.
Елена. Видно слаще когда ты грубишь, ч?мъ когда я молю!
Эрмія. Ч?мъ постыл?й онъ мн?, т?мъ ему я мил?й.
Елена. Т?мъ постыл?й ему, ч?мъ люблю я сильн?е!
Эрмія. Разсуди жь ты сама, виновата ли я?..
Елена. Н?тъ, не ты — красота виновата твоя…
Кабы въ этой вин? да была виновата моя!11
Эрмія. Успокойся однако! Меня ужь ему не видать:
Мы съ Лизандромъ отсюда р?шились б?жать.
Вотъ, пока не сошлася я съ милымъ моимъ,
Такъ А?ины казались мн? раемъ земнымъ,
Какова же должна быть у милаго сила,
Когда въ адъ она мн? самый рай обратила?
Лизандръ. Елена, мы тайну откроемъ вамъ всю не роб?я.
Лишь посмотрится подъ вечеръ завтра Фебея
Серебрянымъ ликомъ въ стекло водяное
И жидкими перлами лугъ ороситъ…
Б?гство любящихъ часъ тишины защититъ
(Укрывавшій не разъ уже б?гство такое) —
Изъ А?инъ мы уйдемъ потаенной тропою.
Эрмія. И въ л?су, гд? бывало съ тобою мы дв?,
Безпечно лежимъ на зеленой трав?,
Облегчая сердца токомъ сладостнымъ р?чи…
Тамъ мы съ милымъ назначили м?сто для встр?чи.
Взоръ посл?дній, мы бросивъ на городъ родной
Въ чужихъ людяхъ искать пойдемъ дружбы иной,
Ты же, д?тства подруга, прими мой прив?тъ на прощанье,
Помолися за насъ — и Димитрія дай теб? Богъ по желанью.
До свиданья, мой милый — увидимся тамъ!
Томиться до завтра придется безъ пищи очамъ!
(Уходитъ.)
Лизандръ. Увидимся!.. съ вами Елена позвольте проститься.
Какъ вы по Димитрі?, такъ пусть по васъ онъ томится.
(Уходитъ.)
Елена. В?дь счастье же инымъ вотъ, а не мн?!
Слыву красавицей я съ нею на ровн?:
А что мн? въ томъ? Меня Димитрій уб?гаетъ,
И знать не хочетъ онъ, что вс? другіе знаютъ.
Очами Эрміи безумно увлеченъ
Во сн? и на яву, все ими бредитъ онъ;
А я увлечена къ нему безумной страстью!
Дурному, пошлому порой своею властью
Любовь даетъ и красоту и видъ:
Не окомъ — но душей любовь глядитъ…
И отъ того крылатый Купидонъ
Всегда сл?пымъ изображенъ;
Въ немъ н?тъ нисколько разсужденья:
Безъ глазъ и съ крыльями — онъ весь одно стремленье!
Любовь слыветъ дитятей у людей
Зат?мъ, что въ выбор? ошибки сплошь у ней.
Какъ д?ти въ играхъ клятвъ готовы надавать
И клятвамъ изм?нить потомъ безпечно —
Такъ и дитя-эротъ, о клятвахъ забывать
Привыкъ, клятвопреступникъ в?чной.
Пока глазъ Эрміи Димитрій не видалъ,
Былъ мой онъ — клятвы сыпалися градомъ —
Растаялъ этотъ градъ, ея согр?тый взглядомъ,
И ливень новыхъ клятвъ предъ нею поб?жалъ.
О б?гств? Эрміи пойду доставлю в?сть я:
Нав?рно въ л?съ пойдетъ онъ завтра въ часъ ночной
Ее отыскивать. Авось, я за изв?стье
Дождуся ласки хоть одной…
Но, что бы ни было, все облегчу я горе,
Увижу милаго и вновь увижу вскор?12.
(Уходитъ.)
СЦЕНА ІІ-я.
А?ины. Комната въ хижин?.
Входятъ Харя, Основа, Дудка, Пила, Голодай и Буравъ.
Пила. Вся ли наша компанія зд?сь?
Основа. Вы бы лучше перекликали насъ вс?хъ, одного за другимъ, по списку.
Пила. Вотъ у меня листъ съ прописаніемъ именъ и прозваній вс?хъ, кто только найдены въ А?инахъ способными играть въ нашей интермедіи передъ молодыми, княземъ и княгинею, вечеромъ въ высокоторжественный день ихъ бракосочетанія.
Основа. Первое д?ло, любезный Петръ Пила, разскажи ты намъ достоканально, что за пьеса, потомъ прочти имена актеровъ и назначь роли.
Пила. Д?ло! такъ вотъ, честные господа, какая наша пьеса: это — прежалостная комедія и прежестокая смерть Пирама и Тизбы13.
Основа. Первый сортъ пьеса, могу васъ ув?рить — и самая увеселительная. Ну, теперь, добр?йшій Петръ Пила, потрудись сд?лать перекличку вс?мъ нашимъ актерамъ по списку. Честные господа, становитесь рядомъ.
Пила. Откликайся каждый на вызовъ. Никъ Основа, ткачъ!
Основа. Въ наличности. Скажите, какая моя роль и продолжайте.
Пила. Вы, Никъ Основа, назначены тутъ Пирамомъ.
Основа. А кто такой этотъ Пирамъ?.. любовникъ или тиранъ?
Пила. Любовникъ, который самъ себя убиваетъ благородн?йшимъ манеромъ, отъ любви.
Основа. Надо будетъ въ чувство произойти, чтобы представить какъ сл?дуетъ. Если я за это возьмусь, то скажите слушателямъ, чтобъ они берегли свои глаза. Я подыму бурю, рыданія въ н?которомъ род?. Переходите къ другимъ; но в?дь собственно, у меня талантъ на тирановъ. Я бы р?дкосн?йшимъ манеромъ могъ сыграть Ерклеса14 — чтобъ кошки визжали, что бы все разгвоздить.
Скалы разъяренны
Столкнувшись дрожатъ,
Разбиваютъ препоны
Темничныхъ вратъ.
Въ колесниц? Фебъ
Вдали возблеститъ…
Вел?нья судебъ
По вол? своей извратитъ!
Вотъ оно, высокое-то! Ну, называйте другихъ актеровъ! Это — Ерклесовскій тонъ, тиранскій тонъ: любовный будетъ пожалостиве.
Пила. Францискъ Дудка, скорняжныхъ д?лъ мастеръ.
Дудка. Зд?сь, Петръ Пила!
Пила. Вы возьмите на себя Тизбу.
Дудка. А что это за Тизба? странствующій рыцарь?
Пила. Это — королевна15, въ которую Пирамъ, прим?рно сказать, влюбленъ.
Дудка. Н?тъ, ужь, сд?лайте милость, увольте меня отъ женскихъ ролей: у меня борода пробивается.
Пила. Это ничего: вы будете играть въ маск? и говорить только голосомъ, какъ можно потоньше.
Основа. Коли только можно закрыть лице, такъ вы мн? лучше дайте Тизбу, я буду говорить канальски тоненькимъ голоскомъ: Тизна, Тизна!.. о, Пирамъ, мой любовникъ драгой!— твоя Тизна драгая, твоя д?ва драгая!
Пила. Н?тъ, н?тъ! вы ужь играйте Пирама, а вы Дудка — Тизбу.
Основа. Хорошо, дальше!
Пила. Робинъ Голодай, портной.
Голодай. Зд?сь, Петръ Пила.
Пила. Вы, Робинъ Голодай, должны играть Тизбину мать.
Томъ Харя, м?дникъ.
Харя. Зд?сь, Петръ Пила.
Пила. Вы — Пирамова отца, самъ я — Тизбина отца. Вы, Буравъ, столяръ — роль льва и, я над?юсь, пьеса распред?лена какъ сл?дуетъ.
Буравъ. Льва-то у васъ роль написана ли? пожалуйста, если написана, дайте ее мн? теперь же,— потому какъ я на ученье н?сколько туповатъ.
Пила. Можно на обумъ играть — и учить тутъ нечего: только рычать.
Основа. Дайте вы мн? сыграть льва: я буду такъ рычать, что возвеселю сердца слушателей, я буду такъ рычать, что князь закричитъ: фора! порычать еще, еще порычать!
Пила. Если выйдетъ черезъ-чуръ ужь страшно, вы испугаете молодую княгиню и барынь: вы — рычать, а он? кричать — и выйдетъ то, что велятъ насъ вс?хъ пов?сить!
Вс?. Вс?хъ пов?сятъ, сколько насъ ни-на-есть!
Основа. Это точно, братцы, если вы напугаете барынь до того, что он? лишатся чувствъ, то пожалуй, тутъ ни на что не поглядятъ: возьмутъ — да и перев?шаютъ насъ вс?хъ! но я в?дь такъ изм?ню голосъ, что буду рычать сладко, рычать какъ птенчикъ голубиный, буду соловьемъ рычать.
Пила. Да не сл?дъ вамъ играть никакой другой роли, кром? роли Пирама, потому, Пирамъ съ пріятнымъ лицемъ челов?къ, красивый челов?къ, какъ бываетъ по праздникамъ челов?къ, милка челов?къ, дворянчикъ челов?къ: отъ того вамъ непрем?нно сл?дуетъ играть Пирама.
Основа. Быть тому д?лу такъ: беру на себя роль Пирама… Только съ какаго же цв?та бородой мн? играть?
Пила. Ну, это все равно, съ какой хотите16. И такъ, господа, вотъ вамъ ваши роли, и я прошу васъ, умоляю васъ, заклинаю васъ вытвердить ихъ къ завтрашней ночи — и ждите вы меня въ дворцовомъ л?су за городомъ, при лунномъ св?т?: тамъ мы и сд?лаемъ пробу: потому, если мы сойдемся въ город?, сберется это вокругъ компанія, пом?шаетъ — и секретъ нашъ откроется. Я, между т?мъ, приготовлю списокъ бутафорскихъ вещей, которыя для нашей пьесы нужны. Пожалуйста же, господа, не обманите!
Основа. Непрем?нно сойдемся и сд?лаемъ пробу, не сов?стясь и не роб?я.
Пила. Приложите стараніе, приготовьтесь17. Прощайте! У княжескаго дуба увидимся.
Основа. Что тутъ толковать! хоть тресни — а приходи!
(Уходятъ.)
Д?ЙСТВІЕ ВТОРОЕ.
СЦЕНА І-я.
Л?съ за А?инами.
Фея съ одной стороны, Пукъ съ другой.
Пукъ. Что это, Фея? куда держишь путь?
Фея. По холмамъ, по доламъ,
Черезъ глушь и загороды,
По л?самъ, по лугамъ,
Черезъ пламя, черезъ воды
Облетать везд? должна
Я быстр?е, ч?мъ луна,
Я служу царицъ Фей.
Поливать должна у ней
Я на зелени полей
Вс? волшебные кружечки18.
Видишь буквицъ на лужечк??
Фей царица, словно мать,
Какъ питомицъ и лел?етъ19.
Видишь, пятнышки пестр?ютъ
На одеждахъ ихъ златыхъ?
То — рубины дорогіе,
То — агаты росписные,
И краса и запахъ ихъ.
Капель св?жей росы, н?тъ ли гд? — погляд?ть,
Въ ушко по жемчужинк? каждому цв?тику вд?ть..
До свиданья, духъ увалень20. Некогда мн?!
Скоро сильфы слетятся въ ночной тишин?.
Пукъ. Сегодня жь ночью будетъ и царь шабашъ держать.
Смотрите, чтобъ царицу ему не повстр?чать.
Нашъ царь весьма разгн?ванъ: въ досад? онъ большой,
Царица водитъ мальчика красавчика съ собой,
Что у царя инд?йскаго украденъ — и у ней
Досел? еще не было болванчика мил?й.
Ревнивый Оберонъ себ? ребенка хочетъ взять,
Чтобъ онъ въ л?сахъ дремучихъ ходилъ за нимъ пажемъ.
Царица жь и не думаетъ ребенка уступать,
Въ цв?ты его все родитъ, души не слышитъ въ немъ.
И, гд? бъ теперь ни встр?тились — на пол? ли зеленомъ,
У св?тлаго ль источника, подъ зв?зднымъ небосклономъ,—
Сейчасъ они за ссору — и эльфы разб?гутся
Отъ страха и въ дубовые вс? въ жолуди забьются.
Фея. Иль нрава и обычая я твоего не знаю,
Иль духа шаловливаго я зд?сь теперь встр?чаю,
По имени Робина. Ты точно самый тотъ,
Кто часомъ то красотку-крестьяночку спугнетъ,
То сниметъ съ кринки сливочки, то долго маслу сбиться,
Хоть до поту лица трудись хозяйка, не даетъ,
Иль браг? пом?шаетъ порой перебродиться;
То въ глушь ночнаго путника въ л?сную заведетъ
И долго страхомъ т?шится. Но кто тебя зоветъ
Красавцемъ, Пукомъ миленькимъ21, тому и сладко спится,
И д?ло у него какъ будто въ дв? руки спорится…
Не ты ли?
Пукъ. Это точно: сказала правду ты.
Я самый тотъ веселый товарищъ темноты —
Я — Обероновъ шутъ, и онъ см?ется по невол?,
Когда коня я сытнаго обманываю въ пол?,
Вдали заржавши тихо кобылкой молодою;
Ином?сть, съ пьяной бабою я шуточку сострою:
Въ стаканъ, печенымъ яблокомъ свернувшись, заберуся,
Какъ поднесетъ лишь ко рту — я въ губы ей толкнуся
И фартукъ полинялый, хоть выжми, взмокъ отъ пива!
А то, карг? старух? ворчливой и болтливой,
Лишь угостить сберется внучатъ разсказомъ длиннымъ,
Вдругъ подвернусь я трехногимъ я стуликомъ стариннымъ
И въ мигъ изъ-подъ старухи скользну и в?дьма — бухъ!
Отъ кашля у нея тогда захватываетъ духъ,—
А вс?, бока поджавши, неистово-безчиннымъ
Тогда зальются хохотомъ — и всякъ готовъ божиться,
Что такъ не приходилось давно ужь веселиться!
Но, прочь отсюда, Фея! Смотри, вотъ Оберонъ.
Фея. А вотъ моя царица! не впору прибылъ онъ!
СЦЕНА ІІ-я.
Входятъ Оберонъ съ своей свитой съ одной стороны, Титанія съ своею съ другой.
Оберонъ. Не въ добрый часъ при лунномъ св?т? мы
Встр?чаемся, надменная Титанія!
Титанія. Какъ? это Оберонъ ревнивый? дальше Феи,
Я заклялась д?лить съ нимъ ложе и бес?ду.
Оберонъ. Стой, дерзкая! не я ль твой мужъ и господинъ?
Титанія. Такъ что-жъ что мужъ? Теб? жена я тоже,
А ты украдкою покинулъ край волшебный
И видъ Корина принялъ и сид?лъ
По ц?лымъ днямъ, играя на свир?ли,
Стихи любовные влюбленный сочиняя
Филлид?? А зач?мъ, позволь спросить,
Пожаловалъ теперь ты съ дальнихъ горъ инд?йскихъ?
Да вотъ зач?мъ — я знаю: амазонка
Суровая, въ сандаліи обутая,
Воинственный предметъ твоей посл?дней страсти,
Выходитъ за Тезея. Ты явился
Ихъ поясу счастіе и радость принести.
Оберонъ. Какъ можешь ты, посов?стись Титанія —
Меня за Ипполиту упрекать,
Когда ты знаешь, что изв?стна мн?
Твоя любовь къ Тезею? Да! не ты ли
Заставила его во тьм? ночной уйдти
Отъ Перигеніи, которую увезъ онъ?
Не для тебя ли онъ Агла?, Антіоп?
И Аріадн? изм?нилъ прекрасной?
Титанія. Все это ревности одной придирки!
И, вотъ ужь съ половины л?та22, гд? бъ мы
Ни встр?тились — въ долин? ль, на холму ли,
У тростниковъ поросшаго ль ручья,
На берегу ль утесистомъ морскомъ,
Куда водить мы ходимъ хороводы23,
Подъ музыку свистящую в?тровъ,—
Ты в?чно возмутишь своей несносной,
Неугомонной бранью наши игры.
Отъ этаго, наскучивъ понапрасну
Играть намъ музыку свою,
Въ отмщенье в?тры съ моря нанесли
Зловредные туманы и пары,
Которые, на землю опускаясь,
Р?ченкамъ самымъ мелководнымъ столько
Отваги дерзкой придали, что вдругъ
Черезъ края он? перелилися.
Съ т?хъ поръ быки ярмо напрасно тащутъ
И потъ оратая задаромъ гибнетъ,
Во цв?т? рожь завяла, не усп?въ
На вешнемъ солнышк? заколоситься;
Пуст?ютъ выгоны въ затопленныхъ поляхъ,
Отъ падежа скота вороны разжир?ли;
Покрылись тиною веселыхъ игръ м?ста;
Извивистые лабиринты24
Тропинокъ, по лугамъ протоптанныхъ, ужь нын?
Не различимы, н?тъ по нимъ сл?довъ!
У смертныхъ челов?ковъ отняты
Вс? радости зимы и даже ночь
Не восхваляется веселымъ гуломъ п?сенъ.
За это все луна, властительница водъ,
Отъ гн?ва побл?дн?вши, наводнила
Туманами и сыростію воздухъ,
И ревматической заразой дышетъ онъ;
И въ хаос? стихій вс? года времена
Перем?шались — иней с?довласый
Въ шипки младые алыхъ розъ закрался;
На подбородк? и на ледяномъ
Зимы-старухи череп?, порою
Благоуханная гирлянда Л?та
Видн?ется, какъ будто бы насм?шка.
Весна и л?то — и плодами
Беременная осень и зима
Сердитая,— своей обычною одеждой
М?няются другъ съ другомъ: изумленный,
Ихъ распознать не можетъ нын? св?тъ25.
И это племя б?дъ произошло
Отъ нашихъ ссоръ, отъ нашего раздора!
Злосчастій мы родители, творцы.
Оберонъ. Такъ помоги б?д?, все отъ тебя зависитъ!
Зач?мъ же Оберону своему
Наперекоръ все д?лаетъ Титанія?
Не важнаго прошу: пріемыша-мальчишку
Себ? въ пажи.
Титанія. Н?тъ, не бывать тому!
За весь волшебный міръ не уступлю я
Ребенка: мать его посвящена
Была въ мое служенье — и не разъ,
Благоуханнымъ воздухомъ инд?йскимъ
Дыша, по ц?лымъ мы часамъ бывало,
Одна къ другой склонясь, проговоримъ.
Не разъ, со мною сидя, на песк?
Нептуновомъ на желтомъ, быстрымъ взглядомъ
Она суда купцовъ сл?дила по волнамъ;
И мы см?ялись, какъ бывало станутъ
Полн?ть и надуваться паруса,
Вдругъ заберемен?въ отъ в?тра-шалуна,
И тутъ она; носившая тогда
Подъ сердцемъ моего пажа-малютку,
Начнетъ, бывало, уточкою ходя
И переваливаясь, парусовъ
Движенья передразнивать: потомъ
Начнетъ по воздуху летать и натаскаетъ
Мн? сору разнаго, какъ будто возвращаясь
Съ товарами изъ дальняго пути….
Но смертная была она26 и этимъ
Ребенкомъ умерла; и въ память ей
Я мальчика взяла на воспитанье,
И въ память ей съ нимъ не разстанусь я!
Оберонъ. Ты долго ли въ л?су нам?рена остаться?
Титанія. Да можетъ быть, отпразднуемъ зд?сь свадьбу
Тезееву и, если ты не прочь
Принять участье въ нашихъ хороводахъ
И хочешь погляд?ть на игры наши
При св?т? лунномъ, оставайся съ нами!
А н?тъ, такъ обойдемся безъ тебя.
Оберонъ. Отдай мальчишку и пойду съ тобою.
Титанія. За ц?лый міръ твой не отдамъ! За мной,
Подруги! если зд?сь остаться, выйдетъ худо.
(Титанія и ея свита уходятъ.)
Оберонъ. Ну, хорошо! ступай своей дорогой!
Но изъ л?су не выйдешь ты, пока
Теб? не отплачу я за обиду!
Мой милый Пукъ! поди сюда: ты помнишь,
Какъ я однажды, сидя на скал?,
Сирену слушалъ, на спин? дельфина
По морю плывшую… Такъ сладки были
Изъ устъ ея стремившіеся звуки,
Что море непокорное затихло
Подъ эти п?сни; не одна зв?зда
Съ небесной сферы сорвалась въ восторг?,
Чтобъ слушать д?вы моря голосъ.27
Пукъ. Помню.
Оберонъ. Тогда же вид?лъ я (не могъ ты вид?ть):
Лет?лъ между луной холодной и землею
Въ вооруженьи полномъ Купидонъ;
Приц?лился въ прекрасную весталку,
Что царствуетъ на западномъ престол?;28
Изъ стр?лъ любовныхъ своего колчана
Остр?йшую онъ наложилъ на лукъ,
Какъ будто тысячу сердецъ сбираясь
Пронзить; но огненная та стр?ла
Младаго купидона вдругъ погасла,
Я вид?лъ, въ ц?ломудренныхъ лучахъ
Луны водяно-влажной — и прошла
Спокойно-тихо царственная жрица,
Вся въ думахъ д?вственныхъ, отъ обаянья
Свободна… И зам?тилъ только я
Куда стр?ла эротова упала.
Упала же она на западный цв?токъ.
Молочно-б?лый прежде,— побагров?лъ
Онъ отъ любовной раны: съ этихъ поръ
Зовется приворотною травою.29
Поди, сыщи!… Я травку эту разъ
Теб? показывалъ: довольно в?ка
Заснувшихъ глазъ ея помазать сокомъ,
Чтобъ женщина-ль, мужчина-ль до безумья
Влюбились въ первую живую тварь, какая
Въ глаза имъ кинется потомъ!
Сыщи же травку мн? и возвращайся
Скор?й, ч?мъ проплыветъ версту левіа?анъ.
Пукъ. Я облет?ть кругомъ всю землю въ сорокъ
Минутъ могу.
(Уходитъ Пукъ).
Оберонъ. Лишь сокъ бы этотъ мн?!
Подстерегу Титанію, какъ только
Заснетъ она: я влагой орошу
Ей очи, и, что первое увидитъ
Она проснувшись,— льва ли это, волка ль,
Медв?дя ль, филина ль, быка ли,
Мартышку ль суетливую,— полюбитъ
Она всей силой страсти въ тотъ же часъ.
И, прежде, ч?мъ съ очей сниму я обаянье,
(Что сд?лать я могу легко другой травой)
Добьюсь, что мн? въ пажи отдастъ она мальчишку.
Но это кто идутъ?… В?дь я невидимъ30
И разговоръ могу подслушать ихъ.
Входитъ Димитрій; Елена за ними сл?дуетъ.
Димитрій. Я не люблю тебя, не приставай ко мн? ты!
Гд? Эрмія прекрасная съ Лизандромъ?
Его сгубилъ бы я — а ею погубленъ!
В?дь ты сказала мн?, что уб?жала
Она сюда, вотъ въ этотъ самый л?съ?
Пришелъ я въ л?съ — и точно какъ въ л?су31,
Зат?мъ, что Эрміи нигд? не вижу*
Пошла же прочь и не гонись за мной.
Елена. Да вы меня къ себ? влечете, камень
Жестокосердый!… только не жел?зо,
А сердце, в?рное какъ сталь влечете!
Откиньте притяженья силу вы —
Во мн? влеченіе само исчезнетъ.