Свинцовый день настал, — и слег я, тяжко болен
В бреду мерещилось: ушла былая страсть, —
Как солнце, в ночь теряющее власть,
Огонь любви погаснет, обезволен.
Цветы казались мне обманом небывалым.
Слепил глаза мне блеск сияющего дня.
И руки падали в томлении усталом.
Мне думалось: не любишь ты меня.
Как травы сорные, все спутались желанья,
Томили душу сразу холод, жар, —
Стремленья к жизни с жаждой умиранья
Смешались жадно в вихре диких чар…
Но ты утешила меня любви словами,
— Одной любви такая власть дана! —
Согрела сердце мне блаженными огнями…
Болезнь прошла. И спала пелена.
Я встал с постели бледный, истощенный, —
Противный всем, тебе одной был мил.
Ты принесла с улыбкою смущенной
Цветов, — и я набрался сил,
Дыша твоим горячим поцелуем,
И запахом лесов и зовами полей,
Что затаилися, подобно светлым струям,
Вдоль складок кофточки твоей.