Кармен худа, коричневатый
Глаза ей сумрак окружил.
Зловещи кос ее агаты,
Сам дьявол кожу ей дубил.
Урод — звучит о ней беседа,
Но все мужчины взяты в плен.
Архиепископ из Толедо
Пел мессу у ее колен.
Над темно-золотым затылком
Шиньен огромен и блестящ,
Распущенный движеньем пылким
Он прячет тело ей как плащ.
Средь бледности сверкает пьяный
Смеющийся победно рот,
Он красный перец, цвет багряный,
Из сердца пурпур он берет.
Она смуглянка, побеждает
Надменнейших красавиц рой,
Сверканье глаз ее вселяет
В пресыщенность огонь былой.
В ее уродстве скрыта злая
Крупица соли тех морей,
Где вызывающе нагая
Венера вышла из зыбей.