Красива так, что всех могла б святых смануть,
Скопца-судью зажечь под тогой! Шаг державный.
Речь итальянская, — сверкают зубы. В плавной
Той речи русский тембр порой мелькнет чуть-чуть.
Глаз ледяных эмаль, где прусской синьки муть,
Алмаза наглый блеск вдруг кинет своенравно.
А кожи белизна! А пышность груди! Равной
Ни королевы нет, ни куртизанки (будь
То Клеопатра-рысь иль кошечка-Нинетта)
Патрицианке той во всех пределах света!
«Вот это — дама!» — глянь, мой добрый Буридан.
Одно из двух: упасть пред нею в робкой дрожи,
Созвездьем рыжих кос, как солнцем, осиян,
Или хлыстом ее перетянуть по роже!
Перевод: Г. А. Шенгели