Плечи, оскаты пашен,
Перепрыгивающая омут ольха;
Отдельные воды перевивы,
Окручивается зеленый воздух.
А крест церковный уводит
На многие глаз мой мили,
Как будто на корабле воздушном
Мои руки и ноги уплыли.
Но когда рука стеклянною становится,
И около нее другая трепещет невидимкой, —
Как, на листы газет глаз роняя,
Стуки эти, звоны докучны.
И голый взор звон отнимает,
Ломая связи языка, и зорок
Корень неробкий из черепной коробки,
Вымышленный в 12-м часу.
Вцепившись крепчайше: —
Пола ночи отрывается. —
И тихое — двери железом грохают.
О, усталое же, остылое сердце!
Катится трижды подскоком.