И в детстве моем невозвратном,
И к старости, близкой уже,
Дышу я одним лишь театром,
Когда я не в нем — он в душе.
Подруги считают, что, дескать,
У жизни моей слишком бедный сюжет.
Ну что ж, вы же знаете: страсть — это деспот,
А деспоты требуют жертв.
Звонки отзвучали…
Буфет вымирает…
Смеркается в зале —
На сцене светает.
Божественный Гете!
Бессмертный Шекспир!
Я думаю, в этом —
Вся жизнь и весь мир.
И в детстве, и позже, подростком,
Как буря, рвалась я в театр —
Сыграть на священных подмостках
Хотя бы Марию Стюарт.
Ах, наши надежды на счастье!..
Про это вы знаете лучше меня:
Мечты исполняются — но лишь отчасти.
Отчасти сбылась и моя.
И вот я спешу каждый вечер,
В костюме мой выход вот-вот!
Я первая зрителя встречу,
Такой мне оказан почет!
Еще до вступленья оркестра,
Еще до звонка перед вами стою:
Пальто принимаю — и царственным жестом
В ответ номерки выдаю!
Звонки отзвенели,
Вот кто-то вбегает,
И он еле-еле
Вбежать успевает.
А там и Островский!
А там и Толстой!
Меня Смоктуновский
Подвозит домой!
Или Толя Папанов,
Или Миша Ульянов,
Однажды Миронов,
Шесть раз Броневой!