Раз Заяц размышлял в укромном уголке
(В укромных уголках нет лучше развлеченья);
Томился Зайчик наш в тоске
Печальны и робки все зайцы от рожденья.
«Ах, — думал он, — кто так пуглив, как я,
Тому на свете нет житья!
Спокойно не проглотишь и кусочка,
Ничто не радует, беды отвсюду ждешь,
Трясешься день, без сна проходит ночка,
И так весь век живешь…
— Зачем же, — скажут, — ты так мечешься
тревожно?
Да разве страх осилить можно?
Кто что ни говори, а я уверен в том,
Что даже людям он знаком».
Так Заяц размышлял, но размышлял с оглядкой.
Опасность чуял он со всех сторон;
Чуть листик шелохнет, чуть тень мелькнет, — и он
Уж трясся лихорадкой…
Вдруг наш зверек,
Среди своих печальных размышлений,
Услышал легкий шум… Без долгих рассуждений,
Что было мочи, он пустился наутек.
Не чуя ног, бежит — и добежал до пруда.
Что ж видит он? О чудо!…
Лягушки от него к воде скорей бегут,
Лягушек дрожь берет, Лягушки скачут в пруд.
«О-го! — промолвил он, — как пригляжуся,
Так в этой стороне
Таким же, как другие мне,
И сам я кой-кому кажуся.
Должно быть, я не так уж плох,
Коль мог произвести такой переполох.
Как! я один сумел повергнуть их в смятенье!
Им чудится во мне
Призыв к войне!»
Да, для меня теперь уж нет сомненья:
Как ты ни будь труслив, найдется, наконец,
Тот, перед кем и ты окажешься храбрец».