Был, увы, я сотворен для любви несчастной,
И неверной был прельщен девою прекрасной.
Гибну, жаждой изможден, я в глухой пустыне,
А тобою воплощен океан бесстрастный.
Жизнь отнимешь — я сражен, о услада сердца, —
Пасть готов я, сокрушен, жертвою безгласной.
Видно, гибнуть осужден я самой судьбою,
Я разлукой отрешен в дол тоски всечасной.
Я скажу, как я смущен, о владыка мира:
Я скитальцем быть рожден, ты — султан всевластный.
Я горю в пылу пламен, горестный влюбленный,
Днем и ночью только стон слышен мой ужасный.
Войско бед со всех сторон рушит меня силой,
Мучусь, жаждой изнурен, я в тоске напрасной.
Нрав твой щедро одарен злостью и лукавством, —
Мотыльком лечу, спален, на огонь опасный.
Как Меджнун мечусь, влюблен, — средства нет от боли,
Я с младых моих времен в муке ежечасной.
Одержим Машраб, смятен, — что, друзья, сказать вам?
Не стыдите его: он — раб судьбы злосчастной.