Взглянуть на дивный, милый лик пришел я, одержимый,
И сто уловок хитрых вмиг увидел от любимой.
Сто жизней бы имел — сполна все ей принес бы в жертву, —
Самой бедой идет она, и взор — неотразимый.
О сумасброд, в любви хмельной, пади безгласной жертвой, —
Чернеют косы за спиной волною непрозримой.
Я в суетной толпе мирской влачился в лютой жажде,
И кубок милою рукой мне дан был несравнимый.
Пасть жертвой будь, Машраб, готов за сахар уст-рубинов
И за жемчужный ряд зубов красы неизъяснимой.