Совесть на дороге

1

Нам не по курсу камерность и косность,
Нам ни к чему трибунный гром и спесь…
Есть километр, который прямо в космос
Отважно устремляется, а есть…
Есть и такой, который тут, под небом
Под этим синим, рядом с бороздой,
Из века в век ходил к земле за хлебом
И прозывался издавна верстой.
Стожильный наш! Ходил и недалече
И далеко — по всей, по всей, по всей…
Ох, сколько ж он тягла перекалечил!
Ох, сколько ж он пообломал осей
По всей стране!.. Треклятый на ухабах
И бранно крытый посреди дождей…
А было, помню, было: наши бабы
Входили в упряжь вместо лошадей
И хлеб везли на станцию для фронта,
Для мужиков, что бились на войне…

Я эту память прямо с горизонта
Глазами взял. И до сих пор она во мне,
Она болит, не закрывает двери
В живую даль неотболевших лет.

2

И вот стою, стою — ногам не верю:
Да тот ли это твёрдый километр,
Который так везде и всюду ждали —
И долгий век, и год, и каждый день —
Вот эти все соломенные дали,
Вся эта глушь российских деревень?
И — дождались!
Сквозь летний зной, сквозь осень,
Сквозь белые пустыни февраля
Пролёг асфальт, как праздник всем колёсам, —
Газуй, шофёр, аж до ворот Кремля!
Рули, давай, полями и лугами,
Через леса, с моста лети на мост!..

3

И вдруг я вздрогнул — космос под ногами:
Хлеб на шоссе, как миллионы звёзд!
Хлеб на шоссе, как золото на чёрном,
И не с каких-то высших там орбит,
А из «КамАЗов» — зёрна… зёрна… зёрна…
Такое чувство, будто кто убит —
Хлеб на шоссе! Овёс… Ячмень… Пшеница…
Ну как такой разор остановить?!
Течёт зерно!.. Чубы мелькают… Лица…
И я кричу, чтоб волком не завыть:
— Да это ж хлеб, товарищи! Негоже
С ним так безбожно поступать в пути! —
А те чубы: — Ты кто такой хороший?
— Я человек. — Тогда иди, иди…
— А я-то думал, поп какой в берете.
Садись, давай!.. Подброшу за трояк. —
И с места — вжик! Один. Второй. И третий…
А я?.. А я, как вопиющий знак,
Чуть не дымлюсь от лекторского пыла,
Машу руками возле полотна…

4

О, если б вдруг… О, если б можно было
Достать дорогу с ладожского дна!
Достать всю ту, что по льду шла, как в гору,
Как солнце сквозь блокадное ушко,
Вся в пятнах крови — курсом на «Аврору» —
Где днём с огнём, а где и с посошком
На ощупь шла, не изменяя курсу,
В голодный прорываясь Ленинград.

Одно зерно — в цене равнялось пульсу
И капле крови в тысячу карат.
Одно зерно! А тут их — миллионы
Течёт и под колёсами хрустит…
О если б можно было, если б можно —
Да пусть меня милиция простит! —
Я б ту дорогу накрутил, как вожжи,
И, вознеся молитву небесам,
По тем чубам, по лицам, как по рожам,
По их пустым, беспамятным глазам —
Вот так и так!.. — Да где же ваша совесть?
В каком таком застряла далеке?! —
Витийствую.

5

А малость успокоясь,
Гляжу: старушка в пёстреньком платке
Сметает зёрна веничком в совочек
С дороги, как с артельского стола.
Зовёт меня: — Иди сюда, сыночек, —
И край мешка мне в две руки дала. —
— Не упускай, держи вот — палец в палец. —
И я, как новобранец на плацу,
Во фрунт стою. Стою и улыбаюсь
Её рукам, её глазам, лицу.
Стою и улыбаюсь… И она мне
Даёт свой свет и ласковый уют.
— Как вас зовут? — Марией Николавной. —
А я подумал: совестью зовут.

Оцените, пожалуйста, это стихотворение.

Средняя оценка / 5. Количество оценок:

Оценок пока нет. Поставьте оценку первым.

Сожалеем, что вы поставили низкую оценку!

Позвольте нам стать лучше!

Расскажите, как нам стать лучше?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *