Булату Окуджаве
I
Власть имущих презирая и дразня,
Он сказал: «Возьмёмся за руки, друзья!»
Но не мы, а сволочь всякая и мразь
Под российские знамёна собралась.
И такой они составили костяк,
Неколеблемый, негнущийся никак,
Что не взять уже протянутой руки,
Не продраться сквозь щиты и кулаки.
Лживым пафосом налита по края
Цепенеющая нация моя.
Бродит злоба, сотрясая костяки,
А в глазницах не глаза, а медяки,
И не плоть уже на рёбрах, а бетон,
И не голос, а свинцовый обертон.
Где Россия милосердья и добра?
Вместо сердца чёрным-чёрная дыра.
Эта тяжесть человеку тяжела:
Жухнет вера, догоревшая дотла,
Гибнет слава, слабнет сила — и позор
Над могилами выносит приговор.
II
Безумствовали, бредили, спивались,
Но жили и любили — за троих…
Мои друзья — куда они девались?
Где души незапятнанные их?
Я не умру пока: какого чёрта?
Я буду жизнь лелеять и хранить:
Во мне живёт так много разных мёртвых,
И стыдно их вторично хоронить.