Неслышно входит городское лето
В отмеренное для деревьев гетто,
Где пробегает по дорожке пес
И где деревьев несколько вразброс,
Тревожно размещая светотени,
Стоят, как декорации на сцене.
А чуть поодаль – каменный потоп:
Плывет за небоскребом небоскреб,
И снова небоскреб за небоскребом
Вздымается гигантом темнолобым.
А я стою под ветром и листвой,
Я от листвы и ветра сам не свой,
И этот сад почти как остров странен,
Мне кажется, что я – островитянин,
И что когда-то, может быть, в раю,
Я видел эту бедную скамью
И эту невысокую ограду,
Я помню пса, бегущего по саду,
И предо мной встает со дна морей
Сад затонувшей юности моей.