Базар был вовсе не библейский:
Был крытый рынок в землю врыт,
И рдели редкие редиски
Среди бочонков и корыт.
От свеклы и от связок лука
Я, бережа последний грош,
Шла под развесистую клюкву,
Где громоздились груды груш,
Где хищно скалились гранаты,
Где ярлыки нелепых цен
В глазах взрывались, как гранаты,
Вводя имущественный ценз.
Я выбирала, как невесту,
Один зеленый огурец,
И шла по тающему насту
В свой белокаменный дворец.
Моя душа желала мира,
Но мир не шел к моей душе,
И коммунальная квартира
Ждала на верхнем этаже.
Набором вечных категорий
Пестрели столбики газет,
И волновалась в коридоре
Большая очередь в клозет.
Дымились в блюдечках окурки,
Пылились книги в тесноте,
Кипели чайники на кухне,
И мира не было нигде…