Луцилия приветствует Сенека!
Ты пишешь: Совершенствую свой дух…
Прекрасно, нет нужды искать опеки
На небесах, тревожа Бога слух,
Зачем просить том, что можем сами? —
Ведь Бог вблизи тебя, с тобой, в тебе!
Не надо дух искать за небесами
И в церкви — поищи его в себе.
И как ты обращаешься с ним втуне —
Вокруг себя ты видишь тьму иль свет…
Без Бога кто возвысит над фортуной?-
Лишь Он способен дать на все ответ.
Когда идешь густой и тихой рощей,
Где свет скрывает плотная листва,
Внушает все (не объяснить здесь проще),
Что в роще — проявленье Божества.
Истоки рек, глубокие пещеры,
Озера темных, непрозрачных вод…
В нас это пробуждает святость веры,
Предчувствием святыни всколыхнет.
А если ты увидишь человека
Бесстрашного, спокойного, как Бог,
Глядящего без трепетанья века,
На всех… Неужто ты б понять не смог,
Что видишь не преддверие могилы —
Величье в нем опору обрело!
Что снизошла Божественная сила
На бренность тела, на его чело!
Высокая душа чужда волнений,
Ничтожны ей стремления и страх,
И, в этом — несомненность проявлений
Божественных начал в его устах.
Как солнца луч, на землю прилетая,
Живет своим источником в веках,
Так и душа, великая, святая —
Лишь проявленье силы родника.
Она нас не чуждается, но связи
С Божественным — основа многих Вер.
И подымает нас из плотской грязи,
И многим в жизни подает пример!
Душа в себе хранит добро от века,
Она не блещет внешним, наносным.
Что есть глупее славы человека
Чем в том, что может быть раздельно с ним.
В арену укротители выводят
Усталых львов, блестящих красотой…
Но дикий лев намного превосходит
Расслабленного, с гривой золотой.
У одного — прекрасный дом и челядь,
Он получает много барыша,
Обильно жнет (и, часто — где не сеет),
Но сам, при том, не стоит ни шиша.
Что человек?- Душа. А в ней? — Лишь разум.
И высшим благом в нем — исполнить то,
Что никому не в силах сделать сразу,
Но, чем достойно — подвести итог.
Толпа, в припадке общего веселья,
Несет туда, где всех пленит порок.
Живи с природой — избежишь похмелья.
Ты — человек разумный.
Будь здоров.