Время к ночи. Солнце село.
В печке тяги больше нет.
И в подушке пахнет сено
вечерами прошлых лет.
Но опять неутолимо
мы глотаем над рекой
воздух Иерусалима
легкомысленный такой.
Снова здесь тебе не спится.
Омрачаясь и шутя,
запеваешь ты, как птица,
безглагольное дитя.
Рыба, дремлющая в Истре,
вся – литое серебро,
прямо в сердце бьёт, как выстрел,
как поэма – под ребро…
Но не выверились сроки,
и не обращает май
в независимые строки
лунный свет и пёсий лай.