Стихи про душу

Бывает ли переселенье душ 0 (0)

rupoezia

Бывает ли переселенье душ?
Наука говорит, что не бывает.
— Все, что живет, бесследно исчезает.—
Так скажет вам любой ученый муж.

И уточнит: — Ну, правда, не совсем,
Ты станешь вновь материей, природой:
Азотом, водородом, углеродом.
Железом, хлором, ну буквально всем!

Ответ как прост, так и предельно ясен.
Но человек есть все же человек,
И превратиться в атомы навек
Я как-то не особенно согласен.

Ну как же так! Живешь, живешь и вдруг
Изволь потом в частицу превратиться.
Нет, я далек от всяких адских мук,
Но ведь нельзя ж кончать и на частицах!

Одних глупцов способен утешать
Поклон, богам иль идолам отвешенный!
И все-таки обидно как-то стать
Частицей, пусть хотя бы даже взвешенной.

Прости меня, наука! Разум твой
Всю жизнь горел мне яркою зарею:
Я и сейчас стою перед тобою
С почтительно склоненной головой.

Да, после нас останется работа.
А нас, скажи, куда в конце пути?
Стать углекислым газом? Нет, прости.
Наверно, ты недооткрыла что-то!

Ведь даже муж с ученой эрудицией
При неудачах шепчет:— Не везет…—
И от судьбы порой чего-то ждет,
И очень даже верит в интуицию.

Нет, нам не надо всякой ерунды!
Мы знаем клетку, биотоки знаем,
И все же мы отнюдь не отрицаем,
Что есть подчас предчувствие беды!

А разве вы порою не ловили
Себя на мысли где-нибудь в кино
Иль глядя на гравюру, что давно
Вы в том краю уже когда-то были?..

Или в пути, совсем вдали от дома,
Какой-то город, речка или храм
Покажутся до боли вам знакомы.
Так, словно детство прожили вы там!

Переселенье душ? Сплошная мистика?
Кто ведает? И пусть скажу не в лад,
А все же эта самая «глупистика»
Поинтересней как-то, чем распад.

Да и возможно ль с этим примириться:
Любил, страдал, работал с огоньком,
Был вроде человеком, а потом
Стал сразу менделеевской таблицей.

А атому — ни спеть, ни погрустить.
Ни прилететь к любимой на свиданье,
Ни поработать всласть, ни закурить,
Одно научно-строгое молчанье.

Нет, я никак на это не гожусь!
И ну их, клетки, биотоки, души…
Я просто вновь возьму вот и рожусь,
Рожусь назло ученому чинуше!

И если вновь вы встретите поэта,
Что пишет па лирической волне.
Кого ругают критики в газетах,
А он идет упрямо по стране,

Идет, все сердце людям отдавая,
Кто верит, что горит его звезда,
Чей суд — народ. Ему он присягает,
И нету выше для него суда.

Кто смерть пройдет и к людям возвратится,
Он — их поэт. Они — его друзья.
И если так, товарищи, случится,
Не сомневайтесь: это снова я!

Красный бычок 0 (0)

rupoezia

Будет играть — свет свечной:
С косточки — да — в ямочку.
— Мама! Какой сон смешной!
Сон-то какой! Мамочка!

С правой свечи — воск потек…
Ямочки ре — беночка!
— Будто за мной — красный бычок
По зеленой траве гонится!

Не проливайся,
Слеза соленая!
Бычок-то — красный!
Трава зеле — еная!

Ржавый замок, наглый зевок
Надписи: «нет выдачи».
— Вот тебе бык, вот тебе рог!
Родичи, вслед идучи.

Жидкая липь, липкая жидь
Кладбища (мать:) — «садика».
— Вот тебе бык… Жить бы и жить…
Родичи, вслед глядючи.

Нынче один, завтра другой.
Ком. Тишина громкая.
Глиняный ком, ком горловой.
В правой — платок скомканный.

Небо? — да как — не было! Лишь
Смежных могил прутьица.
То ль от стыда в землю глядишь?
Или же стыд — тупишься?

Поле зрачка — полем тоски
Ставшее.
??Вес якоря:
Точно на них — те пятаки,
Коими тот закляли

Взгляд. — Не поднять! — Чувство — понять!
Точно за дверь вытолкан.
Не позабыть старую мать
В глинище — по щиколку.

* * *

До — проводив, то есть — сдав — с pyк
(Не руки ли?) — Следующий!
— Вот тебе бык, вот тебе луг…
Родичи, вспять едучи.

Установив (попросту сбыв!)
Что человек — глина есть…
— Ясное дело! При чем — бык?
Просто на мозг кинулось.

* * *

Длинный, длинный, длинный, длинный
Путь — три года на ногах!
Глина, глина, глина, глина
На походных сапогах.

«Дома», «дома», «дома», «дома»,
Вот Москву когда возьмем…
Дона, Дона, Дона, Дона
Кисель, смачный чернозем.

Полоса ты глиняна,
Пастила рябинова!
Широта-ты-родина!
Чернота смородинна!

Зычен, зычен, зычен, зычен
В ушах — топот, в ушах — мык.
Бычья, бычья, бычья, бычья
Это кличка — большевик.

* * *

«Не везет!» — «Подвези!»
Воевать не в лаковых!
День и ночь по грязи
Сапожищи чвакают.

Чернозем — черноям —
Шептал? со смоквою!
Что да вслед сапогам
За копыта чмокают?

Мне и грязь на худых сапогах
Дорог?! дорог?! дорог?!
— А я — бык! а я — рог! а я — страх!
На рога! на рога! на рога!

Я — большак,
Большевик,
Поля кровью крашу.
Красен — мак,
Красен — бык,
Красн? — время наше!

Бирюза —
Берега!
Воздушки весенни!
Не со зла —
На рога —
А с души веселья!

Сердце — чок.
— На — бо — чок.
— Мамочка??
— Бог милостив!
Красный бычок…
Большевичок…
Марковцы, кор — ниловцы…

Длинный, длинный, длинный, длинный
Путь. — Повязку на рукав!
Глина, глина, глина, глина
На французских каблуках
Матери.

Пылкая душа 0 (0)

rupoezia

Женщина в силоновой пижаме
Медленно захлопнула роман.
Хрустнула холеными руками
И завороженными глазами
Посмотрела в сумрачный туман.

Муж чертил, сутулясь у стола,
А она под тихий шум метели
Вновь, листая том, произнесла:
— Вот ведь люди как любить умели!

Ради милых уходили в бой,
Ревновали, мучились, рыдали,
Шли на плаху, жертвуя собой,
Даже разум от любви теряли.

Скажешь, я не труженица? Пусть!
Но хочу и я, чтоб жгучий бред,
Чтобы муки, чтоб мольба и грусть!
Женщина я все же или нет?!

И не хмурь, пожалуйста, бровей!
С каждым днем в тебе все больше прозы.
Что ты знаешь про огонь страстей?
Про мольбы, страдания и слезы?

Что могу я вспомнить из прошедшего?
Где тот яркий взрыв в моей судьбе?
Что ты сделал в жизни сумасшедшего? —
— То, что я женился на тебе.

Душа мира (любовью вытесняя) 0 (0)

rupoezia

Рассейтесь вы везде под небосклоном,
Святой покинув пир,
Несите жизнь, прорвавшись к дальним зонам,
И наполняйте мир!

Вы божьим сном парите меж звездами,
Где без конца простор,
И средь пространств, усеянных лучами,
Блестит ваш дружный хор.

Несетесь вы, всесильные кометы,
Чтоб в высях потонуть,
И в лабиринт, где солнце и планеты,
Врезается ваш путь.

К бесформенным образованьям льнете,
Играя и творя,
Все сущее в размеренном полете
Навек животворя.

Вы в воздухе подвижном ткете щедро
Изменчивый убор,
И камню вы, в его проникнув недра,
Даете твердость форм.

И рвется все в божественной отваге
Себя перерасти;
В пылинке — жизнь, и зыбь бесплодной влаги
Готова зацвести.

И мчитесь вы, любовью вытесняя
Сырого мрака чад;
В красе разнообразной дали рая
Уж рдеют и горят.

Чтоб видеть свет, уже снует на воле
Всех тварей пестрота;
Вы в восхищенье на счастливом поле,
Как первая чета.

И гасит пламя безграничной жажды
Любви взаимной взгляд.
Пусть жизнь от целого приемлет каждый
И вновь — к нему назад.

Перевод С. Соловьев

Моя душа летит приветом 0 (0)

rupoezia

…Моя душа летит приветом
Навстречу вьюге снеговой,
Люблю я тройку удалую
И свист саней на всем бегу,
Гремушки, кованую сбрую
И золоченую дугу.

Люблю тот край, где зимы долги,
Но где весна так молода,
Где вниз по матушке по Волге
Идут бурлацкие суда.

Люблю пустынные дубравы,
Колоколов призывный гул,
И нашей песни величавой
Тоску, свободу и разгул.

Она, как Волга, отражает
Родные степи и леса,
Стесненья мелкого не знает,
Длинна, как девичья коса.

Как синий вал, звучит глубоко,
Как белый лебедь, хороша,
И с ней уносится далеко
Моя славянская душа.

Душа 0 (0)

rupoezia

Душа моя, печальница
О всех в кругу моем,
Ты стала усыпальницей
Замученных живьем.

Тела их бальзамируя,
Им посвящая стих,
Рыдающею лирою
Оплакивая их,

Ты в наше время шкурное
За совесть и за страх
Стоишь могильной урною,
Покоящей их прах.

Их муки совокупные
Тебя склонили ниц.
Ты пахнешь пылью трупною
Мертвецких и гробниц.

Душа моя, скудельница,
Всё, виденное здесь,
Перемолов, как мельница,
Ты превратила в смесь.

И дальше перемалывай
Всё бывшее со мной,
Как сорок лет без малого,
В погостный перегной.

Ступни горят, в пыли дорог душа 0 (0)

rupoezia

Ступни горят, в пыли дорог душа…
Скажи: где путь к невидимому граду?
— Остановись. Войди в мою ограду
И отдохни. И слушай не дыша,
Как ключ журчит, как шелестят вершины
Осокорей, звенят в воде кувшины…
Учись внимать молчанию садов,
Дыханью трав и запаху цветов.

Тело и душа 0 (0)

rupoezia

Так говорит душа: «О тело!
Я одного бы лишь хотела:
С тобой вовек не разлучаться,
С тобой во мрак и в ночь умчаться.
Ведь ты — мое второе «я»,

И облекаешь ты меня
Как бы в наряд, что шелком шит
И горностаями подбит.
Увы мне! Я теперь должна,
Абстрактна и оголена,
Навек блаженным стать Ничем,
В холодный перейти Эдем,
В чертоги те, где свет не тмится,
Где бродит эонов немых вереница,
Уныло зевая, — тоску вокруг
Наводит их туфель свинцовых стук.
Как я все это претерплю?
О тело, будь со мной — молю!»

И тело отвечает ей:
«Утешься от своих скорбей!
Должны мы выносить с тобою,
Что нам назначено судьбою.
Я — лишь фитиль; его удел —
Чтоб в лампе он дотла сгорел.
Ты — чистый спирт, и станешь ты
Звездой небесной высоты
Блистать навек. Я, прах исконный,
Остаток вещества сожженный,
Как все предметы, стану гнилью
И, наконец, смешаюсь с пылью.
Теперь прости, не унывай!
Приятнее, быть может, рай,
Чем кажется отсюда он.
Привет медведю, если б он,
Великий Бер* (не Мейербер),
Предстал тебе средь звездных сфер!»
____________
* — Игра слов: Бер — медведь (нем.)

Душа мрачна, мечты мои унылы 0 (0)

rupoezia

Душа мрачна, мечты мои унылы,
Грядущее рисуется темно.
Привычки, прежде милые, постыли,
И горек дым сигары. Решено!
Не ты горька, любимая подруга
Ночных трудов и одиноких дум,-
Мой жребий горек. Жадного недуга
Я не избег. Еще мой светел ум,
Еще в надежде глупой и послушной
Не ищет он отрады малодушной,
Я вижу всё… А рано смерть идет,
И жизни жаль мучительно. Я молод,
Теперь поменьше мелочных забот,
И реже в дверь мою стучится голод:
Теперь бы мог я сделать что-нибудь.
Но поздно!.. Я, как путник безрассудный,
Пустившийся в далекий, долгий путь,
Не соразмерив сил с дорогой трудной:
Кругом всё чуждо, негде отдохнуть,
Стоит он, бледный, средь большой дороги.
Никто его не призрел, не подвез:
Промчалась тройка, проскрипел обоз —
Всё мимо, мимо!.. Подкосились ноги,
И он упал… Тогда к нему толпой
Сойдутся люди — смущены, унылы,
Почтят его ненужною слезой
И подвезут охотно — до могилы…

То, что мы зовем душой 0 (0)

rupoezia

То, что мы зовем душой,
Что, как облако, воздушно
И блестит во тьме ночной
Своенравно, непослушно
Или вдруг, как самолет,
Тоньше колющей булавки,
Корректирует с высот
Нашу жизнь, внося поправки;

То, что с птицей наравне
В синем воздухе мелькает,
Не сгорает на огне,
Под дождем не размокает,
Без чего нельзя вздохнуть,
Ни глупца простить в обиде;
То, что мы должны вернуть,
Умирая, в лучшем виде,—

Это, верно, то и есть,
Для чего не жаль стараться,
Что и делает нам честь,
Если честно разобраться.
В самом деле хороша,
Бесконечно старомодна,
Тучка, ласточка, душа!
Я привязан, ты — свободна.

Когда душа в печали 5 (1)

rupoezia

Опять за тёмными очками
Я не увидел ваших глаз.
И недосказанность меж нами
Незримо разлучает нас.
А может, вы нарочно прячете
Свои глаза…
Не дай-то бог,
Чтоб кто-то их увидеть мог.
Когда грустите вы иль плачете.
Но вы словам моим не вняли,
Ушли за тёмные очки,
Боясь,
Когда душа в печали,
Чужого взгляда иль руки.

Я решаю вопрос большой 0 (0)

rupoezia

Я решаю вопрос большой –
Что мне делать с моей душой?

Вот стою я под фонарем,
Говорю ей – вдвоем умрем,

Только жизнь со мной промытарь –
И потухнешь ты, как фонарь.

А выходит, что всё вранье,
Что обманываю ее,

Что дела ее нехороши,
Что бессмертье есть у души!

И хотя она здесь со мной,
Для нее я – двор проходной,

Сквозь который душа пройдет
От одних до других ворот.

Мне-то что, я пойду на снос,
Вот с душою как быть – вопрос.

Как помочь разорвать ей круг
Этих вечных блаженств и мук.

Что же будет с моей душой?
Вечность – срок чересчур большой!

Цветут видения, так хочешь ты, душа 0 (0)

rupoezia

Цветут видения — так хочешь ты, душа,
Когда же ты молчишь, сиянием дыша,
Сквозят видения нежнее дымки слабой,

И часто в дождь и ветр средь вянущих болот
С глазами жадными, раскрыт широкий рот,
Моя душа сидит коричневою жабой.

Утраты 0 (0)

rupoezia

Мы что-то утратили
В жизни своей…
Хотя так же матери
Ждут сыновей.
По-прежнему дети
Нас учат добру.
По-прежнему светел
Мой лес поутру.
И те же красоты
У белой зимы…
И все-таки что-то
Утратили мы.
Утратили что-то
В других и в себе.
По сердцу работа,
А мысль о рубле.
По сердцу невеста,
Но будущий зять
С ней теплое место
Надеется взять.
Мы были добрее.
Наивней подчас…
А может быть, время
Меняется в нас?
Но так же доверчивы
Те, что пришли.
Делить-то нам нечего.
Кроме души.