Огромный рот, глаза навыкате
Плутов и оборотней рать.
Вы мне, пожалуйста, не тыкайте.
Не трогайте мою тетрадь!
Звезда над городскими крышами,
Сверкающая напролом,
Мне запретила с нуворишами
Работать за одним столом.
Ее наказ:
‘Твори свободная.
По слуху ноты подбирай.
Ведь музыка не папка нотная,
А горе, и гроза, и грай.
Ложь лестная, а правда резкая.
Но ты должна прийти в себя,
Дешевым превосходством брезгуя,
Чужие будни полюбя.
Терпи. Подробности выслушивай.
Меси обыденную грязь.
Не более чем веткой грушевой
Существование укрась.
И, вдаль шагая непролазными
Пространствами, взрывая тишь,
Перед нечистыми соблазнами,
Не озлобляясь, устоишь’.
…Я вышла в ночь, бледна, как узница.
— О, был бы свеж грядущий стих,
Как папоротник, и капустница,
И мало кто из нас самих.