Пойду гулять, по переулкам рыскать.
Мне даже лучше, что гулять одной.
Наступишь в лужу — разлетятся брызги
И вдруг застынут веткой ледяной.
Еще октябрь. Но руки так замерзли,
Что шум в ушах становится сильней.
Не шум, а шепот. Сказочных, заморских,
Высоких и узорчатых саней.
Оттуда спрыгнет богатырь в тулупе.
Он на меня снежинками дохнет
И сам себя ладонями отлупит
Так, что метель над лужами вспорхнет.
Он спросит, почему я так сутулюсь,
А я неслышно улыбнусь взамен,
И мы поедем вдоль продрогших улиц
Полозьями — по осени — к зиме…
И на ветру захлопают афиши.
Внизу замрут московские дома.
А я — на санках. Я лечу все выше.
Туда, где снег, сугробы и зима.