И мне бы лететь
и увидеть:
Земля превращается в глобус,
и вот она стала
снежком голубым,
как в детстве,
когда рукавички линяли…
Мне
не бывать космонавтом —
в сердце нет часового хода.
А когда полетят
такие, как я, —
меня,
влюблённого в грибные леса
и синие звёзды, —
не будет.
Не без потерь
покоряют люди
два космоса:
один — в них самих,
другой — где Вега.
Без сомненья, достигнут
И Марса и Лиры.
Я в космос лечу,
что зовут Человеком.
Как сделать,
чтоб он не соврал ни разу
между колыбельной
и траурным маршем?