Нахмуренным челом простерся он высоко
Пятою он земли утробу придавил;
Курится и молчит, надменный, одинокой,
Мысль огнеметную он в сердце затаил…
Созрела — он вздохнул, и вздох его глубокой
Потряс кору земли и небо помрачил,
И камни, прах и дым разбросаны широко,
И лавы бурный ток окрестность обкатил.
Он — гений естества! И след опустошенья,
Который он простер, жизнь ярче осветит.
Смирись — ты не постиг природы назначенья!
Так в человечестве бич — гений зашумит —
Толпа его клянет средь дикого смятенья,
А он, свирепствуя, — земле благотворит.