Стоит на горке церковь-недотрога.
Телеги проскрипели стороной.
И всхлипывает жалобно дорога,
дрожа исполосованной спиной.
Обшарпанные, мокрые леса.
Поля кругом, как рекруты, обриты.
И редкие, корявые ракиты —
заплаканны их серые глаза.
А над землей — безрадостная пасмурь.
И, медленно трезвея на дожде,
спускается с горушки пьяный пастырь,
копая ногтем в грязной бороде.
И — тишина.
И тщетно ухом жадным
каких-нибудь землетрясений ждать:
бездольным, бескоровным, безлошадным
безропотность безгласная — под стать!