Стихи Роберта Бернса

О, горе! Как берега круты!
О, горе! Сильна и темна река!
О, горе, горе, у самой воды
Шла я с любимым в руке рука.
Стоял у откоса огромный дуб,
И мне казалось — он нерушим.
Но надломился и рухнул ствол,—
И я расстаюсь с любимым моим.
О, горе, горе! Любовь сладка,
Но только в начале, а потом
Инеем делается роса,
Иней становится белым льдом.
К чему мне гребень и кружева?
Сердце мое холоднее льда:
Уходит возлюбленный от меня
И уверяет, что навсегда.
И будет камень постелью мне,
Пологом — белая пелена,
И напоит меня чистый ключ.
Я навсегда осталась одна.
Когда ты примчишься, осенний вихрь,
С черных деревьев сдувать листву?
Тихая смерть, скоро ли ты?
Я ведь и так уже не живу.
О нет, не стужа меня леденит
И не метели протяжный стон.
Нет, не от холода я дрожу,
А оттого, что уходит он.
Когда мы в Глазго ездили с ним,
Все из толпы глазели на нас.
Он в черный бархат был облачен,
А я надела алый атлас.
О, знать бы прежде, до первых ласк,
Что скроют солнце тысячи туч!
Я б сердце замкнула в златой ларец
И в темный омут бросила ключ.
И нету друга возле меня,
Еще мой ребенок не родился…
Я одна и хочу умереть.
Ведь прежней стать мне уже нельзя.

Июльской порой, когда ветер сырой,
Круглый стол собрался поутру;
И явилось множество статных мужей,
Как велел король, — ко двору.
Королева с высокой башни глядит:
Кто-то мчит по холмам и долам;
И, тотчас верхового признав, говорит:
«Юный Уотерс торопится к нам!»
Его пеший люд бежал впереди,
Конный люд скакал позади,
А летевший по ветру плащ золотой
Сколот был на его груди.
Конь сверкал золотой уздой впереди,
Серебром подков позади,
А ветер, летевший встречь скакуну,
Уступал могучей груди.
И королеву вкрадчивый лорд
Коварно спросил тогда:
«Скажи нам, кто же прекрасней из всех,
Съехавшихся сюда?»
«И лордов, и лэрдов видела я,
И знатных рыцарей тож,—
Но краше Уотерсова лица
Хоть век ищи — не найдешь!»
Но тут закричал ревнивый король,
От злости забыв себя:
«Да будь он краше стократ, чем есть,—
Всех краше я для тебя!»
«Ты не лорд и не лэрд, — говорит она,—
Ты государь и король.
В прекрасной Шотландии нет никого
Высокочтимого столь».
Но образумить не мог короля
Ни довод ее, ни резон,
И вот из-за королевиных слов
Уотерс на смерть осужден.
Схватили Уотерса юного и
Швырнули в темный подвал.
Скрутили Уотерса юного, и
Палач кандалы заклепал.
Мне довелось через Стерлинг скакать
Поутру и впотьмах,
Не довелось через Стерлинг скакать
В заклепанных кандалах.
Мне довелось через Стерлинг скакать
Белым днем и в ночи,
Не довелось через Стерлинг скакать
К месту, где ждут палачи.
И вот уже к лобному месту несут
Младенца его — сынка,
И вот уже к лобному месту ведут
Уотерсова рысака.
И вот уже к лобному месту везут
Жену из отчих краев,
И вот уже юный Уотерс погиб
Из-за королевиных слов.