Читать стихотворения онлайн
Оратор римский говорил
Средь бурь гражданских и тревоги:
«Я поздно встал — и на дороге
Застигнут ночью Рима был!»
Так!.. Но, прощаясь с римской славой,
С Капитолийской высоты
Во всем величье видел ты
Закат звезды ее кровавый!..
Блажен, кто посетил сей мир
В его минуты роковые!
Его призвали всеблагие
Как собеседника на пир.
Он их высоких зрелищ зритель,
Он в их совет допущен был —
И заживо, как небожитель,
Из чаши их бессмертье пил!
Как весел грохот летних бурь,
Когда, взметая прах летучий,
Гроза, нахлынувшая тучей,
Смутит небесную лазурь
И опрометчиво-безумно
Вдруг на дубраву набежит,
И вся дубрава задрожит
Широколиственно и шумно!..
Как под незримою пятой,
Лесные гнутся исполины;
Тревожно ропщут их вершины,
Как совещаясь меж собой, —
И сквозь внезапную тревогу
Немолчно слышен птичий свист,
И кой-где первый желтый лист,
Крутясь, слетает на дорогу…
Сижу задумчив и один,
На потухающий камин
Сквозь слёз гляжу…
С тоскою мыслю о былом
И слов в унынии моём
Не нахожу.
Былое — было ли когда?
Что ныне — будет ли всегда?..
Оно пройдёт —
Пройдёт оно, как всё прошло,
И канет в тёмное жерло
За годом год.
За годом год, за веком век…
Что ж негодует человек,
Сей злак земной!..
Он быстро, быстро вянет — так,
Но с новым летом новый злак
И лист иной.
И снова будет всё, что есть,
И снова розы будут цвесть,
И тёрны тож…
Но ты, мой бедный, бледный цвет,
Тебе уж возрожденья нет,
Не расцветёшь!
Ты сорван был моей рукой,
С каким блаженством и тоской,
То знает бог!..
Останься ж на груди моей,
Пока любви не замер в ней
Последний вздох.
С поляны коршун поднялся,
Высоко к небу он взвился;
Всё выше, дале вьется он —
И вот ушел за небосклон!
Природа-мать ему дала
Два мощных, два живых крыла —
А я здесь в поте и в пыли.
Я, царь земли, прирос к земли!..
«С поляны коршун поднялся» Тютчева
Молодость Тютчева и начало его службы были тесно связны с Европой: он побывал во многих городах Германии и Франции, а последние годы службы провел в немецком Мюнхене, где вел безбедный и светский образ жизни. Однако поэт часто ловил себя на противоречивых мыслях: воспоминания о родных просторах, ностальгия и светлая грусть по Родине неизменно проявлялись в философских произведениях, бередили душу автора и выливались на бумагу.
Этот же мотив и размышления о собственной жизни прослеживаются в произведении «С поляны коршун поднялся».
Находясь с постоянных раздумьях, в поисках ответа на свои вопросы, поэт не может наслаждаться жизнью, на чужбине все чаще чувствуется тоска по родным краям, в которые он не может вернуться. На фоне происходящего в 1835 году рождается произведение, в котором автор восхищается головокружительным полетом коршуна, его свободой, которой поэт даже немного тайно завидует.
Жизненные обстоятельства Тютчева не дают возможности совершить подобный «полет», насладиться долгожданной свободой и независимостью от чужих решений.
Тематика: философская. Описание вольной и свободолюбивой птицы, которая может выбирать, где ей находиться, в отличии от автора. Коршун, одаренный природой двумя крыльями, способен свободно перемещаться, вне зависимости от обстоятельств, следуя лишь своим пожеланиям.
Основная идея состоит в том, что автор не видит для себя таких возможностей, он будто закреплен за одним местом, его доля: грустно наблюдать за вольной пташкой, не имея подобных перспектив.
Автор использует литературную лексику, наполняя произведение звучным, даже громогласным, чувством печали.
Эмоциональный лейтмотив произведения – легкая печаль, скрытые мечты, лиричное противопоставление своей «приземленности» и безудержного птичьего полета.
Обе строфы имеют законченную мысль: первая – обрисовывает яркие возможности, символизирующие независимость, о которой втайне мечтает творец, вторая – описывает действительность создателя, в которой он открывает посредственность своего образа жизни.
Автор лаконично совмещает иронию и гиперболу «…царь земли, прирос к земли!»
Отчетливо прослеживается параллелизм между коршуновой свободой и своим «бременем» — жизнь на чужбине.
Тютчев в стихотворении использует эпитеты «…мощных, …живых крыла», описывая величие подарков природы, олицетворяя и «оживляя» ее (Природа-мать)
Размер, рифма
Двухстопный ямб, рифма парная (а-а-б-б)
Используемые стилистические фигуры
Основной фигурой выступает антитеза – противопоставление рассказчика (автора) с птицей, не знающей границ и обязанностей. Также интересна используемая инверсия : «коршун поднялся, …к небу он взвился…»
Поэтическая фонетика в произведении
Отчетливо прослеживается аллитерация и ассонанс: -лся, -он – в первой строфе, -ла, -ли – во второй.
Образ лирического героя, авторское «Я»
Главные роли играют сам автор и свободная птица. Такой тандем противоположностей подчеркивает их противопоставление.
Литературное направление
Романтизм
Жанр
Элегия, стихотворение
Автор противопоставлял земную жизнь, наполненную суетой и обыкновением, птичьему полету, безграничному и безудержному. Человеку не дано «летать» — не только в прямом смысле, а и в переносном: приземленность людей, посредственная зависимость от обстоятельств вызывают у поэта звенящее чувство тоски. Ему остается лишь мечтать и наблюдать беззаботный полет коршуна.
Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.
Гремят раскаты молодые,
Вот дождик брызнул, пыль летит,
Повисли перлы дождевые,
И солнце нити золотит.
С горы бежит поток проворный,
В лесу не молкнет птичий гам,
И гам лесной и шум нагорный —
Все вторит весело громам.
Ты скажешь: ветреная Геба,
Кормя Зевесова орла,
Громокипящий кубок с неба,
Смеясь, на землю пролила.
Тогда лишь в полном торжестве,
В славянской мировой громаде,
Строй вожделенный водворится, —
Как с Русью Польша помирится, —
А помирятся ж эти две,
Не в Петербурге, не в Москве,
А в Киеве и в Цареграде…
Нас всех, собравшихся на общий праздник снова,
Учило нынче нас евангельское слово
В своей священной простоте:
«Не утаится Град от зрения людского,
Стоя на горней высоте».
Будь это и для нас возвещено не всуе —
Заветом будь оно и нам,
И мы, великий день здесь братски торжествуя,
Поставим наш союз на высоту такую,
Чтоб всем он виден был — всем братским племенам.
На мир таинственный духов,
Над этой бездной безымянной,
Покров наброшен златотканный
Высокой волею богов.
День — сей блистательный покров
День, земнородных оживленье,
Души болящей исцеленье,
Друг человеков и богов!
Но меркнет день — настала ночь;
Пришла — и с мира рокового
Ткань благодатную покрова
Сорвав, отбрасывает прочь…
И бездна нам обнажена
С своими страхами и мглами,
И нет преград меж ей и нами —
Вот отчего нам ночь страшна!
Как летней иногда порою
Вдруг птичка в комнату влетит,
И жизнь и свет внесет с собою,
Все огласит и озарит;
Весь мир, цветущий мир природы,
В наш угол вносит за собой —
Зеленый лес, живые воды
И отблеск неба голубой, —
Так мимолетной и воздушной
Явилась гостьей к нам она,
В наш мир и чопорный и душный,
И пробудила всех от сна.
Ее присутствием согрета,
Жизнь встрепенулася живей,
И даже питерское лето
Чуть не оттаяло при ней.
При ней и старость молодела,
И опыт стал учеником,
Она вертела, как хотела,
Дипломатическим клубком.
И самый дом наш будто ожил,
Ее жилицею избрав,
И нас уж менее тревожил
Неугомонный телеграф.
Но кратки все очарованья,
Им не дано у нас гостить,
И вот сошлись мы для прощанья, —
Но долго, долго не забыть
Нежданно-милых впечатлений,
Те ямки розовых ланит,
Ту негу стройную движений
И стан, оправленный в магнит,
Радушный смех и звучный голос,
Полулукавый свет очей,
И этот длинный тонкий волос,
Едва доступный пальцам фей.
Ещё томлюсь тоской желаний,
Еще стремлюсь к тебе душой —
И в сумраке воспоминаний
Еще ловлю я образ твой…
Твой милый образ, незабвенный,
Он предо мной везде, всегда,
Недостижимый, неизменный,
Как ночью на небе звезда…
«Еще томлюсь тоской желаний» Тютчева
Произведение «Еще томлюсь тоской желаний» Федора Ивановича Тютчева посвящено памяти его первой, безвременно ушедшей из жизни, жены.
Стихотворение написано в 1848 году. Его автору исполнилось 45 лет, он назначен чиновником особых поручений при Министерстве иностранных дел, пристально следит за политической ситуацией в опять революционной Франции, пишет статью «Россия и Революция». По жанру – элегия, по размеру – ямб с перекрестной рифмовкой, без деления на строфы. Все рифмы открытые, есть женские и мужские. Лирический герой – сам автор. Стихотворение считается адресованным умершей жене поэта, Элеоноре. Со дня ее смерти прошло 10 лет, герой женился второй раз, в новом браке появились дети. Мучительное чувство вины, попытка еще раз объясниться, пронзительная жалость толкают поэта на эти строки. Дело в том, что их совместная жизнь окончилась драматически. Виновником первой перемены стал он сам. Поэт страстно влюбился в другую женщину (спустя годы она стала его женой). Это стало известно в обществе, слухи дошли и до Элеоноры. Кажется, была даже попытка свести счеты с жизнью. Потрясенный поэт обещал прекратить все встречи с разлучницей. Затем произошел пожар на пароходе, которым плыла она с детьми. Им удалось спастись, однако ей понадобилось время прийти в себя. Надо сказать, что эта катастрофа подорвала еще и материальное положение семьи. Наконец, когда опасность вроде бы миновала, начинается жестокая простуда, к ней присоединилась лихорадка и Элеонора Тютчева скончалась. Анафора: еще томлюсь (стремлюсь, ловлю). Эпитеты: милый, незабвенный, недостижимый, неизменный. «Сумрак воспоминаний»: герою не верится, что все уже в прошлом, года бегут, но память возвращает в счастливые времена молодости. Сравнение: как звезда. Этот образ как раз и подчеркивает «недостижимость» возлюбленной, именно он позволяет понять, что произошло не просто расставание, а именно смерть. Герой словно объясняется в любви, клянется в том, что душой он всегда с теми, кого любил. Инверсия: ловлю я. Интонация задумчивая, меланхолическая. Лексика, как свойственно поэзии Ф. Тютчева, возвышенная. Восьмистишие содержит в себе отзвук давней трагедии, потрясшей поэта. Позднее он сам признавался, что до тех пор не видел смерть родных людей так близко.
Впервые произведение «Еще томлюсь тоской желаний» Ф. Тютчева было опубликовано в журнале «Москвитянин» спустя 2 года после создания.
Как хорошо ты, о море ночное,-
Здесь лучезарно, там сизо-темно…
В лунном сиянии, словно живое,
Ходит, и дышит, и блещет оно…
На бесконечном, на вольном просторе
Блеск и движение, грохот и гром…
Тусклым сияньем облитое море,
Как хорошо, ты в безлюдье ночном!
Зыбь ты великая, зыбь ты морская,
Чей это праздник так празднуешь ты?
Волны несутся, гремя и сверкая,
Чуткие звёзды глядят с высоты.
В этом волнении, в этом сиянье,
Весь, как во сне, я потерян стою —
О, как охотно бы в их обаянье
Всю потопил бы я душу свою…
Тут целый мир, живой, разнообразный,
Волшебных звуков и волшебных снов, —
О, этот мир, так молодо-прекрасный, —
Он сто’ит тысячи миров.
Молчит сомнительно Восток,
Повсюду чуткое молчанье…
Что это? Сон иль ожиданье,
И близок день или далек?
Чуть-чуть белеет темя гор,
Еще в тумане лес и долы,
Спят города и дремлют селы,
Но к небу подымите взор…
Смотрите: полоса видна,
И, словно скрытной страстью рдея,
Она все ярче, все живее —
Вся разгорается она —
Еще минута — и во всей
Неизмеримости эфирной
Раздастся благовест всемирный
Победных солнечных лучей.
Лазурь небесная смеется,
Ночной омытая грозой,
И между гор росисто вьется
Долина светлой полосой.
Лишь высших гор до половины
Туманы покрывают скат,
Как бы воздушные руины
Волшебством созданных палат.
«Утро в горах» Тютчева
Поэзия Тютчева полна и многообразна. В ней есть и философские понятия, и художественные особенности, и необычное выражение мысли. Большую часть его поэзии занимает природа. Для Тютчева человеческое существование – это всего лишь маленькая часть природы, миг перед огромной стихией. Этими философскими мыслями и наполнено творчество Тютчева и стихотворение, написанное звонким ямбом, «Утро в горах» не исключение.
Миропонимание писателя преклоняется пред природой и ее бытием, от этого в стихотворении такие образы. Она – свободна и в произведении показана ее душа, она, в первую очередь, жива и поэт чувствует и понимает это.
Для Федора Ивановича природа одушевлена и наделена человеческими эмоциями – «Лазурь смеется», «…долина/Вьется», «Туманы покрывают…». В произведении дается отсылка к прошлому времени: благодаря ночной грозе долина кажется лирическому герою светлее и радостней обычного.
Но все нутро героя стремится ввысь, к горам: где небесная лазурь, где туманы покрывают скат, где волшебные руины возвышаются. Для лирического героя – эти руины олицетворяют идеальный мир, где царствует только естество и человек не способен попасть в него. И все же стихотворение не носит пессимистический оттенок, ибо у писателя само наблюдение этой великой натуры – уже блаженство. Поэтому все стихотворение – это признание в любви природе, благоговение перед ее божественностью и святостью.
В таком стихотворении, которое еще можно назвать «этюд с натуры», поэт представлен перед читателем, как ищущий. Он ищет философский смысл в человеческой жизни, вселенной и внешний мир – это как бы приметы этой вселенной.
К художественным особенностям этого произведения можно отнести множество эпитетов, благодаря которым создаются яркие образы: небесная, светлая, воздушная, ночная. Также здесь построена антитеза между небом и долиной: мир земной, где пребывает герой, и мир волшебный, куда ему никак не попасть. Поэтика текста полна цветами с чистыми оттенками голубого и белого. Цвет помогает поэту подчеркнуть романтическое настроение лирического героя, который находится под чарами этой панорамы.
В творчестве Тютчева поэзия достигает утонченности и, как сказал Афанасий Фет, возвышается до эфирных высот. Его часто еще называют «певцом природы» и не зря! Его произведения и в наше время безоговорочно ценятся, а его стихотворениям присваивается эпитет «гениальный».
О, суд людей неправый,
Что пьянствовать грешно!
Велит рассудок здравый
Любить и пить вино.
Проклятие и горе
На спорщиков главу!
Я помощь в важном споре
Святую призову.
Наш прадед, обольщенный
Женою и змием,
Плод скушал запрещенный
И прогнан поделом.
Ну как не согласиться,
Что дед был виноват:
Чем яблоком прельститься,
Имея виноград?
Но честь и слава Ною, —
Он вел себя умно,
Рассорился с водою
И взялся за вино.
Ни ссоры, ни упреку
Не нажил за бокал.
И часто гроздий соку
В него он подливал.
Благие покушенья
Сам Бог благословил —
И в знак благоволенья
Завет с ним заключил.
Вдруг с кубком не слюбился
Один из сыновей.
О, изверг! Ной вступился,
И в ад попал злодей.
Так станемте ж запоем
Из набожности пить,
Чтоб в божье вместе с Ноем
Святилище вступить.